Книга Развод. Точка невозврата, страница 15 – Виктория Лукьянова

— Лер?

— Дай мне сдохнуть.

— Да черт с тобой, — фыркает она. — Не шути так.

— А я и не шучу, — бормочу себе под нос, так и не открыв глаза. Мне хочется уснуть, чтобы забыться. Не вспоминать, как прошлым вечером я едва не разругалась с Мишей в пух и прах, и в итоге он ночевал в гостевой комнате. Даже утром, когда я после бессонной ночи тихонечко выскользнула из комнаты, Миша игнорировал меня. Он молча собрался, не завтракая, и покинул дом, оставляя меня слушать раздражающую до зубовного скрежета тишину.

Когда за ним закрылась дверь, я на негнущихся ногах прошла по коридору, встала на коврике и ждала, как щенок, что замок вновь щелкнет и хозяин вернется. Не представляю даже, с каких пор я так низко пала? Разве что не скулила под дверью, а ведь слезы на глазах собирались...

— И вообще, — тянет Ира, и мне приходится поднять голову, чтобы взглянуть на подругу, — зачем тебе следить за ним? Бросай ты это дело. Забей. А лучше уходи от него, разводись и живи своей жизнью. Прими мой совет, подруга, и выброси из головы своего муженька.

— Я к тебе не за советом пришла.

— Хмм, а я думала именно за ним, — подмигивает Ира.

Порой мне кажется, что она так издевается надо мной. Вот только в чем я провинилась, чтобы даже лучшая подруга отвернулась и отказалась помогать? Разве я предложила ей что-то плохое? Лишь помочь мне взломать телефон Миши. Я знала, что у Иры есть знакомый, который ловко обращается с техникой, даже если не держит ту в руках. Я всего лишь хочу знать, чем занимается мой муж. С кем переписывается или созванивается, где вечно задерживается. Я хочу знать, кто оставил следы помады на его рубашке, черт побери!

— Если бы мне нужен был твой совет, я бы так и сказала, — едва ли не рыча, говорю Ире. — Так ты поможешь или нет?

— Ну ладно. — Ира разводит руками, и у меня в груди вмиг исчезает тяжесть, чтобы через секунду вновь сдавить грудную клетку, когда подруга продолжает говорить: — Помогу я тебе залезть к нему в телефон, в ноут или куда тебе там надо. А что дальше то? Ну узнаешь ты, с кем он общается и где бывает по вечерам. А потом что? Предъявишь ему?

Я молчу. У меня сотни возможных сценариев развития событий в голове, но ни один, как обычно, ни к чему хорошему не приводит.

— Вы поругаетесь, и это факт. Разбежитесь, потому что я уверена, что Михаил Заречный не будет терпеть ревность своей жены, особенно тогда, когда узнает, что жена залезла в его личные вещи, да еще совсем незаконным образом, — продолжает перечислять Ира самый возможный из всех вариантом развития событий. — И всё на этом, Лер. Развод и девичья фамилия. Ты ничего, кроме нового штампа в паспорте не получишь.

— Ты мне сейчас не помогаешь.

Ира хмыкает. Я начинаю раздражаться.

Вымотана, почти без сна всю ночь. Нет сил противостоять подруге, хотя она говорит вполне логичные вещи. Но мой разум настолько устал от бесконечной гонки за собственным хвостом, что я уже плохо различаю, что правда, а что ложь. Особенно тяжело дается критика.

— Всё, что я могу тебе предложить, так поговорить с мужем по душам.

— Я пыталась, — ворчливо отвечаю, вспоминая вчерашнюю попытку заговорить с Мишей. Но он злится на меня и слушать не желает, считая, что я хочу с ним ругаться, а не говорить. Но ведь он прав — вчера я была на грани, чтобы скатиться в истерику.