Книга Инструкция по соблазнению, или Начальник поезда: отец подруги, страница 23 – Рика Лав

Неистово, глубоко, выпивая ее стоны, забирая ее дыхание, вкладывая в этот поцелуй всю свою нежность, всю свою ярость, все свое накопившееся за эти дни желание.

Когда я наконец оторвался от ее губ, мы оба тяжело дышали. Ее ноги подкашивались, и Аника полностью опиралась на меня, спрятав лицо у меня на груди.

Я держал ее в своих объятиях, упиваясь ее запахом, ее теплом. Я опустил голову и поцеловал в макушку, вдыхая аромат ее волос.

— Первый пункт моих правил, — прошептал я в волосы, мой голос был хриплым. — Сегодня ночью ты спишь в моем купе.

Она вздрогнула в моих руках, но не возразила. Только крепче вцепилась в мою рубашку.

Я подержал ее еще мгновение, а потом осторожно отстранил от себя, заглянул в ее помутневшие, полные смятения глаза, и, развернувшись, ушел.

Шел по коридору, возвращая на лицо маску невозмутимого начальника поезда. Но внутри меня все ревело от триумфа и предвкушения. Вкус ее губ все еще горел на моих.

Я чувствовал тяжелый, настойчивый пульс в паху, член, натягивающий ткань моих брюк, был живым, яростным напоминанием о том, что должно произойти. Он уже был готов сделать ее своей. Прямо сейчас. Но нет. Я дождусь ночи.

Сегодня ночью не будет никаких игр. Никаких инструкций и подстроенных случайностей.

Сегодня ночью она будет моей. Полностью. Без остатка.

И это будет только началом. Началом наших новых правил.

— Ну? — Кира сидела на моей койке, подперев подбородок кулачками, и смотрела на меня с нетерпением голодающего. — Рассказывай!

Я молча расчесывала волосы, глядя на свое отражение в зеркале. Мои щеки все еще горели.

— Что рассказывать?

— Все! Что было после того, как папа выгнал того урода из ресторана? А в кладовке? Вы же там были целую вечность! Вы целовались? Я видела, как он на тебя смотрит! Он же тебя сожрать был готов!

Вопросы сыпались из нее, как горох. Я нервно усмехнулась. Если бы она только знала, что на самом деле было в той кладовке, она бы, наверное, упала в обморок.

Или придушила бы меня, что я не рассказала об этом сразу.

— Я не знаю, что тебе сказать, Кира, — честно ответила ей. — Потому что я сама не знаю, что между нами происходит.

Кира сощурилась, ее взгляд стал серьезным. Она подскочила и подошла ко мне вплотную, заглядывая в глаза. Секунд тридцать просто разглядывала меня, отчего я начала нервничать. А потом…

— Вы целовались.

Это был не вопрос. Это было утверждение.

Я ничего не ответила, но предательская краска, залившая мое лицо, сказала все за меня. Кира взвизгнула от восторга.

— Я знала! Я знала, что так все и будет! — она запрыгала на месте, а потом крепко обняла меня и чмокнула в щеку. — Ну, тогда удачной тебе дальнейшей охоты на моего папу… или сдачи в плен! Спокойной ночи!

Она выпорхнула из купе, оставив меня наедине с моими мыслями и его приказом.

«Сегодня ночью ты спишь в моем купе».

Я тяжело вздохнула, откладывая расческу. Что делать? Идти? Не идти? Страх и желание вели внутри меня ожесточенную войну. Я подошла к сумке, достала красивое белье и ночную сорочку. Посмотрела на себя в зеркало. Слишком откровенно. Слишком… доступно. Швырнула все обратно и достала простую хлопковую пижаму. Слишком сухо.

В итоге я психанула. Ну, не знала я, кем должна быть для него после всего этого. Соблазнительницей? Скромницей?