Книга Инструкция по соблазнению, или Начальник поезда: отец подруги, страница 11 – Рика Лав

В первый раз я была здесь в панике и почти ничего не видела. Теперь же, в мягком свете настольной лампы, пространство казалось совсем другим.

Интимным.

Его личной территорией. Я увидела аккуратно застеленную кровать, стопку бумаг на столе и, конечно, книги. Целая библиотека, от пола до потолка, ровно половина вещевого шкафа, забитая томами в красивых, часто коллекционных, переплетах.

Атмосфера была густой и напряженной.

Калеб молча прошел к рабочему креслу и сел, вытянув свои длинные ноги. Он не торопил. Просто сидел и смотрел, как я вожу пальцами по корешкам книг. Я чувствовала его взгляд на своей спине, на шее, на руках. Он был похож на пантеру, затаившуюся в полумраке и наблюдающую за своей жертвой.

Я выбрала какой-то роман наугад, просто чтобы прервать эту мучительную, сладкую пытку. Обернулась, прижимая книгу к груди как щит.

— Я, пожалуй, эту…

В этот самый момент поезд резко дернуло на стрелках. Рывок был такой силы, что мои ноги на шпильках подкосились. Я вскрикнула и, потеряв равновесие, полетела вперед. Прямо на него.

Рухнула ему на колени, уперевшись ладонями в твердые плиты его грудных мышц. Мир замер.

Я сидела на Калебе Морозовом, чувствуя под собой его каменные бедра и обжигающий жар. Его руки инстинктивно сомкнулись на мне: одна — на талии, другая — ниже, на бедре, властно прижимая меня к себе.

— Простите… я… — залепетала, щеки пылали.

Я попыталась отстраниться, упереться руками, чтобы встать. Но это движение стало роковой ошибкой. Сместившись, я почувствовала, как упираюсь бедрами прямо в его пах. В ту самую твердость, которую видела под столом.

Только теперь между нами не было преграды в виде моего подобающего поведения и расстояния. Только тонкая ткань его брюк, моего платья и тотальная неуверенность в себе.

И его огромное, горячее, напряженное до предела возбуждение упиралось прямо в меня.

Я застыла, и из горла сам собой вырвался тихий, сдавленный стон.

Я почувствовала, как Калеб напрягся подо мной от этого порочного звука, как его пальцы на моем бедре сжались сильнее, почти до боли.

Мужчина откинул голову на спинку кресла, и я услышала его хриплый, сдавленный выдох. Его глаза были зажмурены, а на шее вздулась вена.

Он будто бы боролся с собой. И явно проигрывал.

Ужас и удивительное, дикое возбуждение смешались во мне в гремучий коктейль.

Я должна была бежать.

— Простите! — пискнула я, вскочила с него, как ошпаренная, и, не помня себя, вылетела из купе, оставив на его столе так и не взятую книгу.

— Что⁈ Проверить, боится ли он щекотки? Это что, детский сад? — я в ужасе смотрела на Киру, которая подсунула мне новый дурацкий пункт из своего блокнота.

Я сидела у себя в купе и пытаясь прийти в себя после случившегося. Мое тело до сих пор горело, и не в самых приличных местах.

— Это не детский сад! — настаивала подруга. — Это спонтанное нарушение личного пространства! Это сближает! Ты должна быть непредсказуемой. Поверь мне.

Я понимала, что это бред. Но после того, что я почувствовала, сидя у него на коленях, мне было так страшно и так любопытно, что я была готова на любую глупость.

Набравшись смелости, я решила, что сделаю это. Да, можете считать меня сумасшедшей!

Я подкараулила Калеба в коридоре у выхода из вагона. Он говорил по рации, отдавая какие-то распоряжения. Дождалась, когда он закончит, и, пока он убирал телефон в карман, подскочила к нему.