Книга Любовь Сурового, страница 44 – Валерия Ангелос

Молчу.

Айдаров оскаливается. Откидывается на спинку дивана. Забрасывает голову на широкий край. Снова морщится.

Ему… больно?

Замечаю движение. Мигом перевожу взгляд.

Он задирает футболку. Проходится ладонью по бинтам, похоже, ощупывает повязку. Мрачнеет, заметив проступившую в некоторых местах кровь.

— Твоя работа, — заключает, вбивая в меня немигающий взгляд. — Видишь, что наделала?

— Я защищалась, — выпаливаю. — И буду!

Пусть не думает, что уступлю.

Он поправляет футболку, больше не глядя на бинты. Только на меня смотрит. Взгляд не отводит ни на секунду.

— От кого ты защищалась? — спрашивает отрывисто. — Я твой муж, Аня. Понимаешь?

— Муж, но это не дает вам право…

Айдаров усмехается.

А у меня слова забиваются в горле. И может я пробую заговорить снова, но не выходит, ведь его ладонь уже опускается на мою голову, проходится по затылку. Оглаживает.

Еще секунда — он уже гладит меня по щеке. Легко, не давящим жестом. Но эта легкость обманчива. Чувствуется, что стоит мне лишь немного дернуться, Айдаров удержит. Отклониться не даст.

Дыхание сбивается от волнения. Кровь холодеет.

Его большой палец вдруг накрывает мои губы. Скользит.

Дежавю накрывает ослепительной вспышкой.

Так и в прошлый раз все начиналось.

Он прошелся по моим губам, обвел намеренно растянутым движением, а потом…

Этого выдержать не могу. Тут же дергаюсь и вырываюсь, отшатываясь от него, упираясь в другой край дивана.

— Опять, — выдает Айдаров мрачно. — Дальше — что? Снова мне со всей дури врежешь?

— Вы заслужили! — бросаю нервно. — Вы…

— Не «вы», а «ты», — обрывает он. — Ладно. Жрать охота, а на кухне пусто. Давай, жена, сообрази нам что-нибудь на обед.

Сдерживаюсь, чтобы не выпалить ему в лицо все то, о чем действительно сейчас думаю. Насчет его повадок, требований.

Даже страх отступает под напором других эмоций.

Но умом понимаю, что лучше его предложением воспользоваться. Тогда могу спокойно пойти на кухню, а не сидеть рядом с ним. Еще и терпеть все эти ненавистные прикосновения.

Поэтому Айдарову не приходится повторять дважды.

— Хорошо, — говорю.

И поднимаюсь.

Конечно, можно было бы спросить у него, что именно он хочет. Но это в другой ситуации. С другими чувствами. А тут мне просто хочется как можно скорее оказаться дальше от него.

Тороплюсь пройти на кухню.

Однако покоя это не добавляет.

Практически сразу различаю тяжелые шаги. Ближе, еще ближе. Краем глаза замечаю, как массивная фигура останавливается на пороге.

Ну почему же ему спокойно не сидится?

Физически чувствую, как пристальный взгляд буравит меня. Проходится от макушки до лопаток и ниже. А вскоре такое чувство, будто все тело горит от нервного напряжения.

Да хоть бы уже на стул сел. Хоть бы отошел. Стоит над душой…

Сколько можно? Будто издевается.

В следующий момент думаю, что лучше бы Айдаров и дальше стоял. Пусть бы что угодно делал. Только ко мне не лез.

Он направляется вперед. К столешнице, возле которой стою и отчаянно стараюсь что-то приготовить.

От волнения все из рук валиться.

А этот скот теперь и вовсе нависает позади. Почти вплотную подходит. От его близости по спине разливается холод.

Как тут сосредоточиться? Как вообще сделать что-нибудь под таким надзором?

Резко поворачиваюсь. Задеваю рукой чашку. Та летит в сторону.