Онлайн книга «Мертвая»
|
Ангус не позволил. Он сумел провести их троицу, сложившуюся ещё там, на другом берегу, в королевском дворце, мимо стрел и ядов, которыми порой встречали чужаков. Он рискнул повести их вглубь земель, и это обернулось золотым потоком. Пришлось делиться, но… почему бы и нет? Теопольд никогда не был жадным человеком, а еще не страдал предубеждениями. И если его новая жена была несколько смуглее имперок,то ничего страшного. Зато местные женщины отличались удивительной покорностью и стремлением во всем угождать мужьям. Они даже на костер шли… хотя этого Тео как раз не понимал. Плевать. Ему девчонка нравилась. Отмыть. Причесать. Подкормить слегка, а то уж больно тоща, в чем только душа держится. А там… обретется сила или нет, обижать он ее не даст. И показалось, золотая статуя женщины, стоящей на круглом черепе, вздрогнула, поплыла, а лба коснулась теплая рука. Тео моргнул. А девочка что-то сказала и, встав на цыпочки, коснулась губами щеки. Этот ее первый робкий поцелуй вдруг смутил. …и руки голые… одета в рванье, а тут холодно… Тео набросил на плечи названой своей жены – в храм он тоже заглянет, в нормальный, где жрец в золоченых одеждах и книги, куда записывают про браки и прочее – но позже. А пока… барабаны молчали. И мы лили на алтарь богини кровь. Светловолосый Дитрих тоже резанул по ладони ножом, разом утратив прежнюю нерешительность. Он стоял перед статуей долго, а потом вдруг опустился на колени, сгорбился… его сила была алой, что пламя. И я видела, как богиня, потянувшись, дыхнула на Дитриха, а белесое пламя и впрямь заплясало на его плечах. Он же, чуть вздрогнув, вытянул руки, позволяя костру разгореться. Зубы стиснул. И молчал. Моя же сестра тихонько встала рядом и, порезав ладонь, коснулась раной его губ. Благословение богини… сила… Та, что досталась Тео, была светлой и прозрачной, как он сам. Звонкой, подобно призрачному клинку, что родился в его ладонях. И удивление, мелькнувшее было в глазах, погасло: Тео плохо умел удивляться. Зато он отступил. Взмахнул рукой. Хмыкнул. И произнес: — А ты вновь оказался прав. …моему предку досталась смерть. Она стекла в его руки жирною горной гадюкой, чешуя которой черна, а яд смертелен. Она поселилась в этих руках, глядя на человека,дерзнувшего искать то, чего другие боятся. А он, глядя в полуслепые змеиные глаза, лишь вздохнул. И поднес гaдюку к губам. — Здравствуй, – сказал он, когда зубы змеи впились в щеку. И закрыл глаза. Мы ждали… все ждали… и сердца гремели, сполна заменяя барабаны. …яд распространялся по крови. Яд менял кровь. И тело. И вместо того, чтобы рухнуть к подножию статуи в судорогах, Ангус лишь криво улыбнулся и добавил хриплым голосом: — Вот оно… как… …сила пробуждалась. Сила перекраивала слабое его тело под собственные нужды,и это длилось, длилось… он готов был кричать, но гордость не позволяла, а Кхари любит стойких. И кровь, потекшая из глаз его, стала хорошей жертвой. Мы собрали эту кровь. И поднесли на алтарь. А потом достали нож и, подойдя к супругу, спросили: — Веришь ли ты? — Да. Нож вошел в тело, что в теплое масло. И кто-то вскрикнул… взлетел призрачный клинок, но сестра повисла на руке супруга: — Так надо… — Так надо, – повторила младшая, заступая дорогу Дитриху, и взмахом пальцев погасила яркий его огонь. |