Книга Юся и Эльф, страница 164 – Екатерина Насута

Сила добралась и до границы кладбища. Показалось, сейчас сметет, но нет, за оградой возникла сплетенная из тумана фигура, до боли знакомая фигура, и протянула демону цветок.

Губы Юси шелохнулись.

— Уходи, – сказала она, и лепестки вечно живых лилий утонули в тумане. А цветы истаяли.

— Уходи, – повторили мертвые, вставая за спиной той, что хранила их покой. И вместе их оказалось куда больше, чем виделось демону.

Он не испугался, нет.

Демоны не ведают страха. Но им знакомо уважение. И он, огромный, семирогий, склонился перед той, кто тоже пока еще не была богом…

Зазвенела малина, зашелестел эльфийский сиротка.

А демон обернулся.

Теперь он смотрел на нас. И я понимала, что сделка наша ничего-то для него нынешнего не значила. Он вновь был целым и…

Шелест листвы сделался громче. В нем утонул крик твари, которая жила, так долго жила… в бессмертии плоти есть свои недостатки, оказывается.

Я сглотнула. И отшатнулась бы, если бы не Эль, что стоял за спиной.

— Моя, – сказал демон и протянул руку.

— Нет.

— Моя кровь, – уточнил он.

— Моя жена.

— Убью.

— Пускай, – Эль задвинул меня за спину. – Был договор. Ты получил свое. Ты получил больше, чем хотел. А теперь уходи.

Кровь догорала.

И мир готов был восстановить границу. Демон не мог не чувствовать, сколь неустойчив он стал. А потому просто протянул руку ко мне. И я поняла, что все-таки умру… жаль… я и вправду надеялась, что ему хватит.

— Уходи, – повторил Эль.

И зарычал маншул, поднимаясь с пола. Он отряхнулся, пытаясь избавиться от искр огня, что поползли по шкуре его.

— Уходи, – тихо произнесла я, добавив: – Пожалуйста…

И звон за окном стал невыносим. Одно дерево, пусть десять раз эльфийское, не может так звенеть, будто… будто не одно, а роща…

И я, заглянув в огненные очи, увидела их.

Огромные дерева с корой серебряной, будто из застывшего металла, поднимались до самых до небес, возможно, что и держали эти самые небеса на кронах своих. Они сплетались воедино, они и были единым, чем-то невыразимо далеким от понимания. Опасным.

И демон отступил. Губы его растянулись в зловещей улыбке. Голова склонилась. А из ноздрей вырвались клубы зеленого дыма.

— Дар, – сказал он. – Кровь за кровь.

— Благодарю. – Я стянула с пальца кольцо и подала: – Возьми. Здесь тоже твоя… твое… ты.

Металл вспыхнул на ладони, и я стиснула зубы, чтобы не закричать от боли. А демон засмеялся, и смех его, сплетаясь со звоном медной листвы, заставил нас рухнуть на колени.

А потом… потом все просто прекратилось.

Остался дым. Едкий и удушливый. И я закашлялась, кашляла долго, до рвоты, дрожа и не имея сил подняться. А рядом точно так же кашлял Эль. И кажется, приходилось ему еще хуже, чем мне.

Он же все-таки эльф. Утонченный.

А тут… воняет, как… крепко воняет… и когда я встала на четвереньки и поползла к двери, он встрепенулся. И пополз следом за мной. И оказалось, что дверь эта не так близка и что снаружи пахнет зимой. Снег и тот пошел. Белый, легкий.

Крупные хлопья кружили, медленно опускаясь на темную траву, на камень, на обожженную мою руку. Я пошевелила пальцами. Надо же, а не болит… вот должна, потому как на ладони остался отпечаток то ли кольца, то ли демонического ока, но не болит же.

Я села на ступеньки.

— Замерзнешь, – проворчал Эль.