Книга Хроники ветров. Книга желаний, страница 80 – Екатерина Насута

Наверное, пришло время умереть.

Вальрик не сопротивлялся, почему-то ему совершенно не хотелось сопротивляться. Смерть — это не так плохо…

Смерть… нет, не о такой смерти он мечтал. Утонуть, как беспомощный щенок в сточной канаве. Разве это достойная смерть для сына князя? И Вальрик из последних сил — мало, слишком мало, чтобы выжить — стал пробиваться туда, где, по его мнению, был воздух.

Воздух — это жизнь.

Но до него еще нужно добраться… холодно… тяжело… больно… сдаться и позволить воде забрать душу… это легко…

Вальрика потянуло вверх с неудержимой силой, будто сама река отказалась от жертвы и желала теперь избавиться ото всякого напоминания о людях. Воздух горьким лекарством врывался в легкие, и от избытка его голова шла кругом.

— Держись… — слова тонули в бурлящей воде.

— Что? — Вальрик попытался обернуться, чтобы увидеть говорящего, но вместо этого едва не ушел под воду.

— Держ…сь. Уж… немн… ост…

Немного? Немного — это все равно больше, чем он может себе позволить. Но Вальрик держался и чувствовал, что его держат. Держат и тянут вперед, точно рыбу на крючке. Плевать, слишком много боли, чтобы сопротивляться.

Он пропустил тот момент, когда под ногами появилась твердая поверхность.

— Давай, давай, вперед. — Его толкали, заставляя двигаться. Ноги подкашивались от усталости, грязь липла к сапогам, а высокий лес из камыша казался бесконечным…

— Кто здесь? — Из темноты выступила фигура, огромная и неуклюжая. Фигура говорила голосом одного из монахов. Да, точно, в отряде был один здоровяк. Морли. Его звали брат Морли.

— Кто, спрашиваю, идет?

— Свои.

Вальрик обернулся, чтобы поблагодарить за помощь, но сзади никого не было. Пустота. Камыши, небо, слабый отблеск реки и пустота. Черт побери, неужто показалось?

Лагерь устроили на берегу, впрочем, назвать это лагерем язык не поворачивался. Вокруг камыши, под ногами вода с грязью или грязь с водой — в темноте затруднительно определить, чего больше — над головой звезды и луна. Разводить огонь запретил брат Рубеус, который как-то незаметно прибрал к себе командование отрядом, но Вальрик не возражал. Он слишком ослаб, слишком замерз, чтобы возражать.

— Холодно, — пожаловался толстяк Морли, отжимая руками одежду. Вальрик кивнул — на большее его не хватило. Холодно. Чертовски холодно, а ни вдохнуть, ни выдохнуть. Люди сбились вместе, словно глупые овцы. Совсем рядом хрипло дышал молодой послушник. Как же его зовут? В голове каша, полная, совершенная каша. Вальрик понятия не имел, как и почему оказался в воде, последнее, что он запомнил — черная дыра тайного хода и собственный приказ возвращаться…

Приказ, которому не подчинились!

— Ты двигайся, парень, — дружелюбный тычок в бок заставил Вальрика согнуться от боли, — а то в конец замерзнешь.

— Ушли, — раздался довольный голос Селима. — Тысяча чертей в задницу! Ушли!

— Заткнись! — Ответили ему.

— Нет, ну ушли же!

— Только из замка, — холодный, как речная вода, голос Рубеуса действовал отрезвляюще. — Во-первых, нужно узнать, все ли здесь. Во-вторых, решить, куда идти. Морли? Фома? Анджей? Силко? Айвор?

— Край? Фалько? Ингар? Тилор? Тилар? Масуд? — К тихому бормотанию монаха добавился еще один голос, который заставил Вальрика скорчиться от ненависти. Тварь. Проклятая тварь, которая отказалась выполнить приказ. Его, Вальрика приказ. Она должна подчиняться.