Книга По волчьему следу, страница 98 – Екатерина Насута

Кого пытать.

Кого вывозить в тихую лощину, чтобы там и оставить.

— Информация, - повторил Бекшеев. – Когда начали пропадать твои ходоки?

— Не мои. Сперва не мои… с год тому исчез Вихрастый, это Мотьки… Матильды Крышниной человечек. Дурноватый, но исполнительный. Решили, правда, что сбег он, с грузом-то. Придавили подружку его закадычную, но клялась да божилась, что не планировал. Да и мозгов у него немного было. Сбегчи ладно, но ведь так, чтобы не нашли? Это-то и подозрительно. После еще один человечек пропал бесследно. Мы ведь тоже, княже, не пальцем деланые. Пошли по следу с собачкою. Да собачка эта от страху обделалась…

Глава 23 Дробь

«Премьера нового балета в Императорском театре имела грандиозный успех. Все, в том числе и Великая Княгиня, по достоинству оценили страсть, с которой г-жа Сымятникова…»

«Светская жизнь Петербурга»

— …а вот он осознавал, что умирает, - выпив кофею, некромант подобрел. А может, присутствие Софьи так сказывалось, правда, он все норовил встать так, чтобы заслонить и стол, и тех, кто на этом столе оказался.

У Селюгина был некрасиво разинутый рот и уголки век опустились.

— И очень этому удивился. Но да, его вновь же пытались обескровить, хотя и не до такой степени, как это вышло с первым номером.

А и вправду, удобнее нумеровать.

С номерами проще, чем с людьми. И не так по нервам бьет.

— Думаю, его убили, а потом подвесили и попытались спустить кровь. Что-то да вышло, но не так хорошо, как в первый раз. Сердце ведь остановилось.

— А третий?

— Третий… он был пьян, но не только. Очень уж затуманенное восприятие. Ему в кружку плеснули дурмана. Концентрация не смертельная, скорее такая, которая мешает сосредоточиться. Впрочем, пил он, сколь знаю, давно и со стороны в глаза бы не бросалось. Наоборот, решили бы, что он по пьяному делу буянит.

И решили.

Вывели.

— А его сопровождающий…

— Не знаю. Его кровь мне не дали, хотя я запрашивал.

Ну, Шапошников… небось, побоялся, что некромант напишет в заключении, что в крови этой спирта больше, чем самой крови. И выйдет явное злоупотребление.

А так…

Приезжий напился. Пошел с пьяных глаз в лес и там встретил медведя. Или еще кого… главное, что местная жандармерия тут совершенно не при чем.

— Но вот его обескровили и смотрите, - некромант повернул голову на бок. – Здесь линия среза четкая, ровная и ясная. Главное, что меж позвонков прошла. Позвонки пилить неудобно.

Смотрю.

И даже не мутит. Почти. Срез и вправду ровный и чистый.

— Я взял образцы… и могу с уверенностью сказать, что кровь ему спустили. А после заморозили.

— Что?

Это еще как?

— Срез, - палец прошелся по упомянутому срезу. – Видите? Он слишком аккуратный. Пила ли, топор или что иное… топор, пожалуй, мог бы так вот, но не знаю, каково должно быть умение, чтобы с одного удара отделить голову от тела. Пила же зубцами повреждает ткани, раздирает их. От нее срез был бы несколько… более лохматый.

Софья заняла стул в углу.

И Девочка перебралась поближе к ней, пристроила голову на Софьиных коленях.

— Скальпель тоже требует умения. Тем более что ткани здесь разные, разной плотности, твердости. И даже я сомневаюсь, что могу отделить их столь аккуратно… и я думал, как он это сделал?

— Заморозил.

— Именно. Даже не собственно заморозка. Я не нашел характерных для замерзания повреждений клеток. Я бы сказал, что глубокое охлаждение. Мышцы становятся плотными. Пилить их удобно, особенно той же струной…