Онлайн книга «По волчьему следу»
|
— Уж больно случай удобный подвернулся, - теперь Васька оправдывался. – Да и хорошо получилось ведь! хорошо! Они знатно офигели, как увидели! А этот, самый важный, и блевал… и теперь-то никто к Аньке не сунется. Человек тяжко вздохнул и подхватил Бекшеева под мышки. Снова стало больно. — Погодь! Давай, я его… — Бери второго, - Бекшеева перевалили куда-то. – Аккуратно. Всех уложить надо. И не спеши… — Но ведь искать станут. Сам говорил, что времени почти и нет… — Это не значит, что нужно спешить. Спешка приводит к ошибкам. У нас нет права на ошибку. Он произносил это спокойно, безэмоционально, явно повторяя то, что было вложено в его голову. В сознание. Рядом легло чье-то тело, грузное, навалилось, придавливая Бекшеева. — Не… должно на этот раз! Вона, и магики, и… эта. А кто она? Глазища-то, глазища… — Болтай меньше. — Так я ж говорю, что оно от нервов все. Само болтается… от нервов же ж. Слушай, а если опять не получится? Хотя… чего я с тобой говорю-то… а ты славно к этому вон подошел. Раз и все… очухается, вот веселуха-то будет! Он как раз злой… Под Васькин треп сознание-таки угасло. Почти. [1] В нашей истории есть легенда о такой вот посмертной свадьбе Инес де Кастро и короля Португалии Педро I, которая состоялась в 1361 году. Однако после свадьбы и коронации Инес перезахоронили в королевской усыпальнице. Хотя многие историки очень сомневаются, что все было именно так, как в легенде. По официальной версии Инес казнили решением Совета за участие в заговоре против короны. И о присяге мертвой королеве в хрониках нет ни слова. Ныне гробницы Инес де Кастро и Педро расположены друг напротив друга, чтобы в день Страшного суда они смогли подняться навстречу друг другу. Надпись на саркофаге гласит: «Аte o fim do mundo...», что в переводе означает «До конца света…». Глава 43 Волчий дух Глава 43 Волчий дух «Иные девицы, прикрываясь современностью, спешат демонстрировать ту свободу нравов, которая граничит с откровенной распущенностью. И порой, не стыдясь, не задумываясь о последствиях, в обществе ведут себя вольно, позволяя не только беседы наедине с молодыми людьми, но и даже вечерние прогулки с оными и без достойного сопровождения». Письмо графини С. в журнал «Современникъ», посвященное нравам современной молодежи. Анька вытерла руки о фартук и, снявши его, скомкала да обратно в телегу отправила. — Дальше чего? – спросила она. — Не знаю. На самом деле, не знаю. Отпустить её не могу. Слишком все… странно. Неправильно. В участок тащить? Там мертвецы. И оцепление. Местные, от которых не укроется, куда Анну повели. И нелюбовь к ней всколыхнется с новою силой. А если мы ошиблись? Я ошиблась? Я уеду, а ей здесь жить. И на сердце маятно. Неспокойно вот… от Бекшеева ни слова, ни словечка, не говоря уже о нем самом. Должен был бы вернуться уже. — В гости пригласишь? – спрашиваю, пытаясь унять нехорошее предчувствие. — Если пожелаешь, - она пожала плечами и отвернулась. — Пожелаю. Поговорить… — Знаешь, - топор, бережно обернутый в холстину, отправился в сено. Анна прикрыла его соломой. – Ты… дурная или бесстрашная? А если и вправду я убиваю? — Рискни. Мы с Девочкой оскалились. — Или не только я… приведу вот тебя, а там Генрих… сидит в засаде. Он славный охотник. Был. И меня учил… охотой мы с Васькой и выживали в первое время. Да и свиньи, - Анна хлопнула по спине сонного конька. – Они тоже жрать хотят и не одну лебеду. |