Онлайн книга «По волчьему следу»
|
Понял, что Тихоня куда-то собрался? Или решил воспользоваться? Подкинуть в кабинет еще какую пакость? Или же его вызвали? Тогда… голова Шапошникова – отвлекающий маневр? Фото ведь подкинули под вечер, да еще такое, по которому точно можно определить место. Понимал ли Охотник, что мы не удержимся? А там медведь… — Ч-что т-теперь д-делать? – парень пытался справиться с дрожью. Что делать. Хороший вопрос, однако. Я поглядела на небо. Еще час и светать начнет… — Кто из ваших тут еще? — Т-трое… — Всего? Он чуть покраснел. А я подумала, что мне и прежде-то казалось, что людей в участке маловато. Бешицк, конечно, городок небольшой, но все же городок. И граница рядом. И есть штатное расписание. — Шапка, да? – уточнила я. – Не брал людей? Ставки половинил? И надбавки давал? — Тут… тут тихо было, - парень густо покраснел. – Никогда и ничего… не случалось, чтобы такого… ну совсем, чтобы… и всегда можно было местных привлечь. Временно. А зарплатный фонд реорганизовать по собственному разумению. Ну, Шапка… Бестолочь. Впрочем, на мертвых злиться толку нет. — Поднимай, - вздыхаю. – Всех, кто есть… — А… вы? Т-туда? В глазах ужас, и не знаю, чего он больше боится, меня ли или же покойного Туржина. — Туда. Мне телефон нужен… А самое поганое, что телефон в участке не работал. Интересно, как давно. И не случилось ли, что Васька звонил по этому неработающему телефону. Что Васька вообще… Я выглянула в окно. Одна радость: рассветы весной ранние… и придется-таки побеспокоить госпожу Фелицию. У нее в доме телефон точно работал. Глава 40 Кутня Глава 40 Кутня «Появление на премьере графа Г. под руку с бывшей княгиней Бекшеевой, о трагическом разводе которой мы писали, произвело немалый фурор в узких кругах. Быть может, причина развода вовсе не в болезни князя Бекшеева, изменившей его характер, и не в тех самых «жизненных обстоятельствах», на которые ссылались в ходатайстве Его императорскому Величеству, но в поведении самой княгини? И пусть прежде мыслилось оно безупречным, ныне становится очевидно, что имела место некая связь, уверены, исключительно дружеская, лишенная напрочь романтического толку, но ныне, ввиду изменившихся обстоятельств, переросшая в нечто большее, обещающее, быть может, в скором времени…» «Сплетникъ» Бекшеев проводил Зиму взглядом. Неспокойно. Предчувствие нехорошее. И пусть он далек от пророчеств, а все одно нехорошее. И проклятье… стоит окликнуть, сказать, чтобы возвращалась, что вместе они пойдут. К городу. Пусть время уйдет… В том и беда, что уйдет. И дождь того и гляди начнется, он окончательно смоет следы, если такие и остались. А должны бы… некромант опять же. И потому никак нельзя медлить. Зима это тоже понимает. Но… неспокойно. — Дерьмо… - ворчит Тихоня, и руку в карман сует. В кармане – нож. Револьвер в кобуре. У Бекшеева тоже есть оружие, а еще рука сама тянется к горлу, к белому камешку, что к коже приник. — Так, Васька, - Михеич кладет лапищу на плечо. – Ты вперед давай. — Жалко… — Чего тебе жалко? — Медведя оставлять… а ну, кто заберет? — Кто? – Михеич хмыкнул. – Да и замаешься с этакой тушей возиться. И давай, шевелись… что-то в последнее время вовсе обленился. Эй, княже, ты как? Дойдешь? — Тут недалеко уже! – Васька ткнул рукой в чащу. – Ежели напрямки. |