Онлайн книга «Черный принц»
|
— Ты обвинял меня в том, чего я не делала… а стоило появиться ей, и ты ее простил. — Нет. — Я видела вас… — Я помог ей спуститься и только. Хорошее воспитание. Его растреклятое хорошее воспитание, от которого никуда не деться. Манеры. Вежливость. — Знаешь, вчера я поняла, насколько смешно выгляжу, пытаясь угнаться за тобой… – Ваза в руках рассыпалась, падала песком сквозь стиснутые пальцы, красно-белой трухой. – Не хочу больше. Не буду. Я хотела обратиться к Королю… — Зачем? — Чтобы признал наш брак недействительным… Губа дернулась, обнажая клыки. — Но потом подумала, что в этом нет нужды. Ты прав… мы будем жить как принято. Каждый за себя. Я не стану мешать тебе. Ты не станешь мешать мне. Идеальный брак. — И что ты собираешься делать? – низкий рокочущий голос. Воротничок трещит, темный пиджак расходится по швам, пусть Брокк и пытается сдержать превращение. — Для начала приведу дом в порядок… Он спрашивал вовсе не о доме. И Кэри, не сводя взгляда – бледные глаза, воспаленные, – отвечает: — Найду кого-нибудь, кто не будет настолько ко мне безразличен. Живое железо рвануло, выворачивая Брокка наизнанку, с хрустом разорвалась ткань. Пес был… страшен. И красив. Он возвышался, вздыбив гриву из тонких четырехгранных игл, а тусклое зимнее солнце рисовало на серебряной чешуе узоры. Кэри протянула руку, и пес шагнул. Попытался. Он покачнулся и взвыл, поджимая под брюхо короткую, изуродованную лапу. Металлические пальцы человеческой руки, нелепые в этом обличье, судорожно дернулись, точно пес пытался уцепиться за воздух. Он начал заваливаться набок и все же устоял. Опустил шею. Зарычал глухо. А рычание перешло в вой. — Все хорошо. – Кэри шагнула к нему и обняла. – Не спеши… все хорошо. Он пятился, изгибаясь, пока не уперся в камин. — Ты знаешь, ты очень теплый… горячий… Раскаленный. И чешуя сухая, твердая как камень… или металл. Пахнет металлом. Маслом. Кровью самую малость. Сменившееся обличье рвет тонкие связи с механической рукой, и по железному остову стекают бурые капли, падают на пол. — Больно? – Кэри проводит по широкому носу, где иглы мягкие. – Конечно, больно… глупый вопрос, да? Это не жалость. И Брокк садится, теперь он возвышается над нею, и, пытаясь сгладить разницу, изгибает шею, тычется влажным носом в ладонь. — Не хочу, чтобы тебе было больно. – Сложно оторвать руку. И еще сложнее отступить. — Для меня и раньше не имело значения, что ты… ты не калека… ты сильнее многих, но… ты себе не веришь. – Она пятится, наступая на осколки вазы, которую выронила. – И сейчас ничего не изменилось. Не рычит – поскуливает и вытягивается на полу, обвивая хвостом здоровую лапу. — Точнее, изменилось, но… не потому, что у тебя нет руки. Он положил массивную голову с выпуклым лбом и характерной на нем отметиной. Смотрит внимательно, следит за каждым движением Кэри. И взгляд его смущает. — Я просто устала тебя ждать, Брокк. Ты был так убежден, что рано или поздно я тебя брошу… пускай. И нет, я глупость сказала, извини, я не собираюсь никого себе искать. Во всяком случае в ближайшем будущем. Но и в твой дом я тоже не вернусь. Хватит. Дверная ручка была липкой. — Я пошлю кого-нибудь за одеждой… Пес зарычал. — И я буду рада, если ты как-нибудь еще заглянешь… в гости. |