Книга Кицхен отправляется служить, страница 166 – Екатерина Насута

Успокоительное.

И потом уже остальное.

И вообще, можно ведь не уточнять для чего мне подвалы.

А если не даст, то Кина попрошу. Скала вон здоровая, пусть сотворит пещеру-другую.

— И куда подевался алхимик?

Парень, окончательно осмелев, прошёлся по лаборатории, убедившись, что несанкционированных покойников тут нет, и вернулся к дверям.

— Так… один уехал, а другой спился. Старый самый, он давно уже служил, даже при моём папке, — по мнению парня это уточнение говорило само за себя. — Он толковым был. Зелья делал. Для целителей. И чтоб спину мазать. Ну и другие всякие-разные.

Я думаю.

Пусть крепость и выглядела несколько пустоватой, но народу в ней имелось. А где люди, там и происшествия. У кого-то нервный тик, у кого-то спина или там понос, или что-то ещё. Целители, конечно, хорошо, но и без зелий не обойтись.

Опять же обслуживание оптографа.

И боевых големов.

Расходники для артефактов, жидкости зарядные… так, а если алхимиков нет, то кто всё это добро варит? И на чём? Печи я не вижу.

— Но он со старым комендантом ругался крепко. И тот его выгнал. За это… сходование… выходование?

— Расходование? — предположила я.

— Во! Точно. Что он вроде как много чего делает, а надобно, чтобы мало.

Мальчишка вытер нос рукавом, и из стены немедленно высунулась тэра Урсула, готовая мягко, но твёрдо указать на неприемлемость этакого поведения. Но я погрозила пальцем — нечего неподготовленного человека призраками пугать — и тэра послушно исчезла.

— И это, что-то там с бумагами. Он не хотел подписывать. Вот… а потом другой был, он тоже зелья варил. Но не нам. Их в город торговать возили. А нашим самогону делал. Хорошую, говорят. Но и сам того, — мальчишка щёлкнул себя по горлу. — Потом в конец уже. Вот…

М-да.

Как-то и слов не подберешь. Интересно, а в столице оно так же было бы? Или всё-таки там воровства меньше, а порядку больше?

Главное, схема-то понятна.

Травы, камни и исходники — от военного министерства поступают, через снабжение. Работа местного алхимика. А выгода от продажи конечного продукта налево — пополам. В лучшем случае.

И остатки — на самогон.

— Мне бы кого найти, кто бы убраться помог, — сказала я мальчишке, окидывая взглядом лабораторию. Тряпкой в одиночку я неделю елозить буду. — Не за бесплатно.

Отписать матушкам, чтобы прислали кого из дому? А то ведь денег не напасёшься. Но как? Это ж не химера, на умертвия особый порядок доставки нужен.

Защиту дома опять же ослаблять не хочется.

— Найду, — деловито кивнул пацан. — Всё помоют.

— Может, — я огляделась. — Тут где-то старое оборудование есть? Списанное или другое?

А то ведь привезённым не обойтись. Ту же сушильную печь и сепаратор я тащить не стала. А зря.

— А то! Это надо там, внизу, глянуть, где големы стоят. Я покажу.

Какой полезный мальчик.

— Спасибо, — я кинула монетку. И паренек поймал на лету, прикусил и деловито осведомился:

— Проклятая?

— Обычная.

— Какой-то вы неправильный некромант.

— Почему вдруг?

Даже обидно стало.

— Так… это… ну, в подвалы не лезете, мертвяков не подымаете…

— Подыму, — мысль в целом-то правильная. Действительно, на кой мне из дому кого-то отзывать, когда можно на месте всё и сделать. Свечи я с собой прихватила, иглы и зелья тоже. Да и так запаслась. — А кладбище тут есть? Где-нибудь поблизости?