Книга Кицхен отправляется служить, страница 165 – Екатерина Насута

— Осталась. Ты говорил.

— Ничего, я могу ещё раз, — отмахнулся Персиваль. — И вот нас нет. А она есть. Выглядывает. Манит. Они и не выдержали.

— Вышли и подобрали.

— Да. Подобрали и открыли подручными средствами.

Вытащив из кармана мелкую монетку.

— И пригубили, — продолжил рассказ Персиваль. — Но тут вернулся старший, который этакое времяпровождение не одобрил. И велел уходить. А бутылку бросить. Если бы он был своим, равным, его бы не послушали. А то и уговорили бы присоединиться.

Логично. Тогда бутылку нашли бы пустой.

— Но он вернулся и не одобрил, — Даглас кивнул, подумав, что тоже бы не одобрил, если бы его подчинённые пили во время дежурства.

А значит…

— И более того, счёл необходимым уйти. Оставить такое замечательное удобное во всех отношениях место. И заметь, не просто уйти, но предварительно убраться… — Персиваль огляделся. — Даже эту треклятую бутылку почти утопили в иглах. Сдаётся мне, что это неспроста.

Даглас снова взял пробку.

Повернул влево.

Вправо.

Монетка была мелкой, с ноготь. И какой-то очень уж тонкой. Знакомо тонкой.

— Чешуйка, — сказал он, разглядывая голову саламандры, отпечатанную на аверсе. — Скажи, Персиваль, что здесь понадобилось танерийцам?

Глава 38 Где речь идёт о древних легендах и кладбищах

Её лик исказила гримаса невероятного счастья

О проявлении счастья на женских лицах

— И вот что я тебе скажу, дорогая. Не нужно обманываться кажущейся суровостью. Поверь, мужчины часто держат маску, тогда как в глубине души…

Вот понимаю, почему Карлуша попытался её развоплотить. Всего пятнадцать минут общения, а у меня почесуха началась.

— И если приложить немного усилий, он раскроется с неожиданной стороны…

Она осеклась и повернулась к лестнице.

А потом и я услышала звук шагов.

— Господин некромант! — голос донёсся снизу. — Там это! Того!

— Опять градоправитель приехал? — я выглянула из будущей своей лаборатории, отряхивая руки. Пусть Карл и потрудился, но без обычной тряпки точно не обойтись.

— Не, — мальчишка запыхался. — Этот уже, небось, не явится. Надо ждать, когда нового пришлют. А вы тут чего?

— Лабораторию буду устраивать, — сказала я, отступая. А то паренек шею от любопытства так тянул, что того и гляди хрустнет чего внутри. И глаза опять же, правым он пытался заглянуть в правый дверной проём, а левым — в левый. Вот заработает себе косоглазие, а потом свалит на злые некромантские чары.

— Некромантическую? — уточнил он деловито, подвигаясь на шажочек. — Вот прямо туточки? А чего не в подземельях? Мертвяков лучше в подземельях держать.

И сказано это было с абсолютной уверенностью в собственной правоте.

— Мертвяков — может, а вот лабораторию лучше повыше. И изолировать проще, и вытяжка нужна, чтобы воздух свежий, — пояснила я.

— А на кой мертвякам свежий воздух?

— Мертвякам он и вправду ни к чему, а вот мне нужен.

— А, — протянул мальчишка с некоторым разочарованием. — Раньше тут алхимик был. Ну, когда ещё был.

То есть с лабораторией я угадала. В целом разницы особой нет, ритуалы в лабораториях и вправду никто не проводит. Вот тут как раз нужны будут подземелья.

Если нужны.

Я представила, как подхожу к коменданту с просьбой выделить пару-тройку подвалов под хранение материала и изготовление химер. И затрясла головой. Нет, сперва распаковка.