Книга Почти цивилизованный Восток, страница 138 – Екатерина Насута

— И делал вид многие годы.

— Отнюдь нет, Берт. Я и вправду занялся делом. Некромантия на многое способна. К примеру, создать зелье, которое остановит гниение плоти. Я решил, что мне не помешает свежий взгляд. Когда я убивал заразу, ту, которую нашел у Мастера-Целителя, – это был по сути воздух с мельчайшими живыми существами, в нем заключенными. И эти существа – о них не так давно писали – были открыты сотню лет назад, но открытие не сочли сколько-нибудь интересным. Так вот, Брат-Целитель весьма плотно их изучал. И пришел к выводу, что именно они во многих случаях вызывают болезни. А узнав причину, можно отыскать лекарство. Стоило ему приложить к этому усилия, и он бы достиг многого. Я же, уничтожив созданных им существ, понял, что так же могу уничтожить и любых иных. Но проблема в том, что в воздухе и воде у меня это получается, как и в земле. Правда, земля вбирает мою Силу и становится мертвой. А вот в живом человеке мне сложно отделить одну жизнь от другой. Я пытался создать яд, который действовал бы избирательно. И даже вышло, но…

— Не то, чего хотелось?

— Не совсем. Яд действует на мельчайших существ, однако мыши, на которых я испытывал действие лекарства, тоже погибают. Не сразу и не от яда, тот довольно быстро выводится из тел. Пока не могу разобраться, в чем причина… не суть важно. Со временем пойму. Возможно, яд слишком силен и вредит уже пациенту; или, наоборот, слаб и убивает не все микроорганизмы.

Он перевел взгляд на Чарльза.

— Не так давно я получил одно весьма занимательное послание, в котором мне напомнили о прошлом. Далеко не все, что мы делали, было законно. Так вот, меня предупредили, что излишнее любопытство в некоторых вопросах может привести к не самым приятным для меня последствиям.

— Погоди, отец. – Берт нахмурился. – Почему ты мне ничего не сказал? К каким последствиям?

— Человек, которому я задавал вопросы про Эву, опытный и весьма толковый, давно помогавший мне в разного рода делах, – внезапно скончался. Как и еще один.

— То есть вы полагаете…

— Я практически уверен, что стоит принять это предложение.

— Просто забыть? – В голосе Бертрама прорезалось удивление. Что его так удивляет? То, что отец готов отступить?

— Я говорил, что нас было двенадцать человек. Двоих убил я. Шестеро погибли при пожаре или после него.

— Восемь. С вами девять. Осталось трое?

— Только я. Найт ушел в тот же год. Несчастный случай. Виктор тогда же… простуда. Банальная простуда, которая на поверку оказалась чахоткой. Правда, незадолго до смерти он написал письмо. Просил о встрече. И я бы с ним встретился. Собирался. Не успел. Потом со мной связался его поверенный, говорил, что ему оставили конверт.

— Но…

— Но пока я добирался до города, случился еще один пожар. Пожары ведь явление такое, постоянно происходят. И поверенный погиб, а конверт сгорел.

— Так… кто тогда?

— Я был на пожарище. – Орвуд-старший посмотрел на сына. – И пытался призвать души. Я был еще в достаточной мере наивен, чтобы надеяться на ответы. Но никто не отозвался. Точно так же, как не пришел Виктор. Да и Найт… хотя, конечно, после их смерти прошло больше года, а спустя такой срок…

Двое в пустыне.

Шестеро при пожаре.

Плюс сам Орвуд.

Итого девять.

Десятый от несчастного случая. Одиннадцатый от чахотки.