Онлайн книга «Ещё более Дикий Запад»
|
Ну-ну. Сердце закололо нехорошим предчувствием. А что, если… если я тоже? Если гляну на этого Змееныша и мозги потеряю напрочь? Позабуду и Эдди, и матушку. И… Чарли? Мы ведь так и не стали мужем и женой по-настоящему. Вдруг это тоже важно? Но бояться долго я не умела, да и Молли поторапливала: — Не отставай! Отстала бы, да охрана не позволит. Если подумать, то с этой парочкой я справлюсь, хотя вот коробит меня людей убивать. Тех, которые сами меня убить не пытаются. Да и остальных тут много. Браслетик опять же. Вдруг да действует? Но и прихорашиваться я не стала. Я в гости не напрашивалась, а раз уж позвали, то пускай принимают такой, какая я есть. И пошла за Молли. Мимо голема. И поезда, холодного и мертвого. Боковину его разобрали, часть деталей разложили на коробках да и бросили. Жалко. Из пещеры поднимались по лестнице, которая сперва была грязною и тесною, но после обыкновенный камень сменился благородным мрамором. А на мрамор и красная дорожка легла, чтоб совсем уже по-богатому. Стены тоже побелели, после оделись дубовыми шпалерами. На них появились картины в золоченых рамах. Солидные такие. А я, глядя на это великолепие – у нас, небось, и у мэра дом не такой богатый, – подумала, что права Молли. Хрен бы эти мастера сами все тут обустроили. На душе стало мерзко. Казалось бы, какое мне дело? До короны, до мастеров, до игрищ этих в политику? А все одно мерзко. Мы остановились перед дверью, которая средь прочих выделялась размерами да еще обилием позолоты. Причем золотые виноградные ветви, прикрытые золотыми листьями, мне почему-то казались лишними, будто появились они на двери не сразу, но только сейчас. И клеили их наспех. Вон, слева чуть выше, чем справа. — Запомни. – Голос Молли дрогнул. – От того, насколько понимающей ты будешь, зависит твоя судьба. И не только твоя. Она вдруг взяла меня за руку и стиснула пальцы так, будто сломать хотела. Может, и хотела. Да силенки не те. — Твой дурноватый братец, конечно, сунется тебя спасать. И тут все может пойти по-разному… он может погибнуть в процессе. Спасательные операции, чтоб ты знала, порой весьма опасны. А может занять место, достойное его талантов! И ущипнула. Вот же… собачья дочь! — Я тебе шею сверну, – пообещала я ласково. И подумала, что чем-то становлюсь похожей на сиу. Вот и враги появляются. Личные. — Хотя… – Молли потрепала меня по щеке. – Учитель милосерден. Он никогда не причинит боли тем, кого любит. Надо лишь понять для себя, достойна ли ты его любви. И вперед подтолкнула. А дверь взяла да раскрылась. Честно, я ожидала, что там трубы заиграют, барабаны или еще чего. У нас в городе вот всегда оркестр для торжественных случаев выводят. На трубе играет сын мэра, а барабанщиком – шериф. Остальные уж как придется, но играют громко. Матушка, правда, говорит, что не всегда по нотам, но ведь главное, что получается торжественно. А тут… Снова дорожка. На сей раз, правда, золотая. И мебель тоже золотой тканью обтянута. И шторы с золотыми розами да коронами. А матушка утверждает, что излишняя тяга к золоту и показушности – свидетельство дурного вкуса. Если так – матушке своей я верю, – то человек, что гордо восседал в огромном золотом кресле, явно имел со вкусом проблемы. Так вот он какой… |