Книга Дикий, дикий Запад, страница 61 – Екатерина Насута

— Ошиблись, – проворчал Эдди.

Он устроился на седле, скрестив огромные ноги. И плошка с травяным отваром в руках его казалась крохотной.

— Но оказалось, что белые люди умеют сладко говорить. И каждому говорят то, что он желает слышать. А еще они продают вещи. Разные вещи. Хорошие вещи. Такие, которых мы не знали раньше. Например, ружья. Или огненную воду.

Чарльз поморщился. Слушать это было неприятно. Будто он, Чарльз, в чем-то виноват! А он не виноват. Он лично никому ничего не продавал.

— Их становилось больше и больше. – Старейшая первой пригубила отвар. И Чарльз пусть не без опаски, но последовал ее примеру. Травы оказались горькими, а главное, совершенно незнакомыми на вкус. Но жажда, терзавшая его, вдруг унялась.

И по телу прокатилась волна живого тепла.

Стало легче дышать.

— А еще белые люди желали получить больше. Земель. Силы. Власти. Золота. – Сиу прикрыла глаза, зеленые, как молодая листва. – Особенно золота. И кто-то пустил слух, что в Драконьих горах просто не может не найтись золота. Здесь ведь жили драконы.

— А они жили? – не утерпела Милисента. Ей, как и старейшей, постелили одеяло, а поверх набросили другое, сшитое из волчьих шкур.

И вот честное слово, Чарльзу не хотелось бы встретить волков такого размера.

— Жили. – Сиу позволила себе улыбнуться. – Дети любопытны.

— Извините.

— В этом нет дурного. Но порой любопытство оборачивается бедой. Дети не думают о дурном. Но оно случается.

Почему-то это прозвучало предупреждением.

— Драконы существовали, когда мир был еще молод и в нем кипела Сила. Они сами были силой.

— А… потом?

— Потом они ушли.

— Куда?

— В другой мир. В другие миры.

— А есть и другие? – Милисента заерзала.

— Есть. Почему им не быть?

Наверное, в Географическом обществе нашли бы аргументы, которые доказали бы, что существование иных миров – лишь фантазия. Но здесь, в очередной узкой расщелине, спрятанной в горах, почему-то верилось.

И в драконов.

И в другие миры.

— Драконам не нужно было золото. К чему? – Сиу провела пальцем по шее, украшенной тяжелым ожерельем. – Люди – дело иное… и они отправились в горы. Сперва одиночки, искавшие удачи. Кому-то мы даже помогали. Зря. Однажды такой вот человек, которому не позволили погибнуть в горах, ушел, чтобы вернуться с другими людьми. Со многими людьми.

— Они… всех убили? – спросил Эдди, который так и не притронулся к напитку. Сидел. Смотрел. Дышал через раз.

— Да. Роща была небольшой. Две дюжины домов. Наши женщины и мужчины живут отдельно. Так повелось. И лишь когда желают породить дитя, покидают родные рощи, чтобы поселиться отдельно и вырастить ребенка.

— То есть там были женщины и дети?

— И мужчины. Но немного. Мужчин вообще мало. Быстро гибнут. Они очень… – Сиу задумалась, подыскивая слово. – Неустойчивы.

А Чарльз отвар допил, правда, чашку вновь наполнили, но теперь густым варевом, от которого исходил сытный мясной дух.

— Мужчин убили. Женщин многих тоже. И детей. Но спрашивали. О золоте. Долго. Тогда… сиу полагали безобидными.

Улыбка ее обнажила острые длинные зубы, одинаковые, как у акулы.

— Большей частью от того, что рождение детей требует отказаться от использования той, иной, грани Силы, которую вы именуете мертвой.

По спине побежали мурашки.

— Но когда вокруг столько смерти, и больно, и душа кровоточит, как срубленные ветви дерева, удержаться сложно.