Книга Дикий, дикий Запад, страница 130 – Екатерина Насута

Там, за стеной, ярилась буря. И Чарльз ощущал, как тьма снова и снова пробует на прочность щит, сплетенный им из собственной и чужой Силы.

— Главное, что на маленьких кладбищах эти эманации рассеиваются естественным образом, а вот если кладбище большое и постоянно пополняется…

Кожа на руке Милисенты оказалась не такой мягкой, как у знакомых Чарльза. Наверное, оттого, что эта девушка не носит обычных дамских перчаток.

И мозоли чувствовались.

Какая женщина допустит появление мозолей?

— Добавим, что сила эманаций увеличивается в случае преждевременной гибели. Или когда человек испытывает резкие негативные эмоции. Они словно запечатываются.

— То есть мы едем по…

— Огромному кладбищу, очистить которое вряд ли выйдет. На остров каждые полгода отправляют пятерку некромантов, чтобы вычищали эманации. Иначе даже амулеты не справляются. И да, я думаю, что студентов возят нарочно. Ищут тех, кто психически неустойчив.

Ее дыхание коснулось щеки.

Тоже холодное.

Или это просто Чарльзу самому по себе холодно? Главное, дрожь получалось сдержать с трудом.

Он не успел додумать. И понять тоже, потому что поезд в очередной раз вздрогнул. А следом раздался протяжный скрежет, и их швырнуло на пол.

Да что тут творится?

Я упала на Чарли, засадив ему локтями по ребрам, и еще подумала, что он сам виноват. Нашептывает мне тут на ухо, правда, не пошлости, а потом уберется на этот свой Восток, оставив меня наедине с разбитым сердцем.

Подумала и…

Поезд явно останавливался, и резко. Что-то ударило в стену – звук получился такой, будто колокол загудел. А у меня в голове одно: правильно, что я булочки доела.

Чувствовалось, что новые нескоро испекут.

Не знаю, как долго тормозил поезд. Наконец он замер, и нас снова швырнуло вперед. Я только и успела, что сжаться в комок, а все одно о диван ударилась, благо мягкий.

А потом над головою что-то протяжно завыло.

— Тревога, тревога!.. – Нервный голос оглушал.

Я еще пыталась подняться, когда дверь распахнулась.

— Маги? – поинтересовался знакомый уже тип. – Наверх.

— Что происходит?

— Мертвяки идут, – сказал он и, подняв руку к шляпе, добавил: – Извините, барышня, но повоевать надобно, а то ж сожрут.

Аргумент серьезный.

И я вытащила перчатки, порадовавшись, что не стала убирать их, как и алхимическое ружье, в багаж. Говорили, что оно не пригодится, но я ведь девушка осторожная.

Предусмотрительная.

Вот и предусмотрела.

Чарли молча подал руку. Ну хоть ворчать не стал, что не место мне в бою.

В вагоне было людно.

Шумно. Тесно.

— Щиты пока держатся. – Давешний тип говорил громко, и голос его заглушал шум толпы. – К сожалению, вышла из строя помпа. Ремонт займет некоторое время, и для него придется отключить внешний контур защиты.

— Номера ставь! – рявкнул огромный, раза в два больше Эдди, орк. – А то попусту треплешься.

Его соплеменники загудели.

Дальше… дальше все шло как-то обыкновенно. Старший командовал. Народ слушал.

И исполнял.

Люди, смотрю, собрались серьезные, бывалые, а потому никто не тратил время на споры, разве что бледный невзрачный пассажир заявил:

— Я попробую поработать. – Он взмахнул руками, и его окутало сизоватое облако, заставившее прочих отступить. – Но нужно некоторое время на подготовку.