Книга Дикий, дикий Запад, страница 109 – Екатерина Насута

— Не знаю. – Чарльз почувствовал, что краснеет. – Я как-то… не завсегдатай.

— Почему? – Удивление Милисенты казалось вполне искренним. – Или ты… не по бабам?

— Что?!

Нет, жениться на ней стало бы ошибкой. Определенно. В жены нужно искать женщин хорошо воспитанных, которые не станут предполагать подобного.

И вообще о борделях говорить.

— Ты только людям не признавайся. – Милли доверительно погладила по руке. – Не поймут. Эдди еще ничего, может, и не станет морду бить, а другие пристрелят.

— Я не… – Чарльз выдохнул. – Это не та тема, которую можно затрагивать в беседе!

— Почему?!

— Потому что это неприлично!

— Матушка тоже так говорит. И еще вздыхает. – Милли присела, вытянув одну ногу и на другую опершись. – Да только… ерунда получается. Все ведь туда ходят. Ну… почти все. Судья вон наш тоже частенько заглядывает. Сама видела.

— В борделе? – уточнил Чарльз со слабой надеждой получить отрицательный ответ.

— Ага. Мы с девочками чай пили как раз. Закрыто было. Он только когда закрыто и ходит. Чтоб, значит, не увидел никто. И пастор тоже.

Чарльз только и кивнул.

И корешок, который, оказывается, так в руке и сжимал, в рот сунул. Пожевал, уже не удивившись едкой горечи, от которой свело и язык, и губы.

— Бетти их с черного ходу встречает. А на кой? Все ж знают. – Милли пожала плечами. – И вот почему ходить в бордель можно, а говорить о нем нельзя?

— Потому что… – Чарльз, признаться, не нашелся с ответом. – Так не принято. Молодая девушка и знать о подобных вещах не должна!

— А если знает?

— Тогда о знании своем помалкивать следует.

— Врать, что ли?

— Не совсем. – Чарльз почувствовал, что вспотел, и не от жары, а от этой вот беседы. – Это не ложь! Это хорошее воспитание.

— Вот и матушка так говорит. Что, мол, есть хорошее воспитание. А чем оно хорошее, когда врать учит?

Чарльз выдохнул.

Похоже, педагога из него не получилось. Во всяком случае такого, который способен донести до юной девицы очевидные вещи.

Или не совсем очевидные?

Главное, что маменька точно не обрадуется этакой невестке. Да…

— И все-таки. – Усилием воли Чарльз заставил себя вернуться к теме, которая его волновала куда больше. – Что это за место, Город Мастеров?

— Ну… – Милисента оттянула прядь волос и уставилась на нее так, будто впервые видела. – Я только по слухам знаю. Лучше у Эдди спросить, если кто бывал там, то он.

— Бывал. – Эдди подошел, ступая мягко. – Пару раз. Не самое хорошее место.

И вздохнул.

А потом добавил:

— Глядеть придется в оба. И за тобой, и за Милли.

— За собой я как-нибудь пригляжу. – Стало даже обидно. Он, Чарльз, – маг, и не из числа слабых. Граф, хотя, кажется, здесь это ничего не значит. Советник, что значит еще меньше.

Он служит Императору!

И воевать приходилось. А с ним будто с ребенком малым.

— Приглядишь, – сказал Эдди ласково. Как больному, с которым спорить себе дороже. – Конечно приглядишь. А что до города, то тут такое дело…

Я грелась на солнышке и старалась не заснуть. Неудобно засыпать, когда вроде как беседуешь. Я знаю. Матушка говорила.

И о борделях тоже.

Не в том смысле, что они есть. Это же совсем безголовою надо быть, чтоб не заметить очевидного. А о том, что упоминать их в обществе не принято.