Книга Хозяин теней 4, страница 144 – Екатерина Насута

Пробивают чешую.

И подобие кожи. Прорезают путь в мышцах, и дальше, до кости, одновременно расширяя каналы. Тьма разорвалась на части, и по морде зверя потекла черная жижа расплавленного полупереваренного мяса. А ко мне потянулся поток энергии, сперва тонкими ручейками, но постепенно набирая силу.

Рев перешел на хрип. И тварь отчаянно забилась в ловушке, пытаясь высвободиться. От её рывков трещины стали шире, но ткань межмирья оказалась прочнее больничного пола. А черные жгуты ускорились.

Главное я чувствовал и тварь.

И силу.

И то, как шипит, расплавляясь, плоть, как становится она частью меня… не меня, а Тьмы. Надо всё-таки как-то себя отделить, а то ж и свихнуться недолго. Главное, что жгуты прирастали этой вот, поглощённой, силой. И ускорялись.

Не знаю, был ли у твари мозг, но в какой-то момент сопротивление исчезло, и жгуты провалились куда-то, где пряталась энергия.

Много энергии.

Много силы.

В этот же момент оборвался рёв, а тварь затихла.

— Большая, — до меня донеслось эхо эмоций: гордости, удовлетворения и даже счастья. — Глупая.

И помолчав, добавила:

— Вкусная.

— Что вкусная, это хорошо, — я опёрся на стену, прислушиваясь к себе и миру. Колени чуть подрагивали. Голова кружилась. Но в целом ничего.

Живой.

И вон энергия текла уже полноводной рекой. Так, надо тоже осторожней, а то перебрать легко.

— Нет. Я смочь. Спрятать.

В голове появился образ большого сундука, в который засовывалась маленькая тварь. То есть, Тьма не переварит её сразу? А отложит на будущее?

А так можно?

— Да. Теперь. Есть. Я помнить. Я есть и помнить.

Понятно. Кто хорошо кушает, у того с памятью проблем нет.

— Я дать. Кормить. Большая. Хорошо.

И у сундука появилась Буча, а потом и крохотное чернильное пятнышко. Ну и Призрак тоже.

То есть, этим запасом и поделиться можно? Не может не радовать.

— Действуй, — разрешил я, переводя дух.

Если со мной всё было вполне неплохо, то с миром дело обстояло сложнее. Полынья никуда не делась, разве что ее теперь затыкала голова твари. Тьма, облюбовав правую сторону, растеклась по ней. Черная пленка подрагивала. Порой на ней вспучивались пузыри. Некоторые лопались и тогда в воздухе разносился характерный запах сероводорода. Призрак, подобравшись слева, выхватывал куски плоти. Он заглатывал их, не пытаясь пережевать, и только вздрагивал время от времени.

А вот поток силы несколько уменьшился. Но это тоже к лучшему.

Я потряс головой, избавляясь от звона в ушах. Всё-таки не стоит недооценивать силу звука. Даже палец засунул, потом вытащил и осмотрел. Вроде, крови нет. Значит, барабанные перепонки целые? Или отсутствие крови ещё ни о чём не говорит.

— Других нет? — поинтересовался я, прикидывая, что где одна эпичная битва, там и другая.

Мелких теней в полынью пробилось прилично, но особого вреда они не причинят. А потом зачистим. Но вот что творится с той стороны?

— Нет, — Тьма откликнулась сразу. — Большая. Боятся.

— Мертвая.

— Теперь я. Тоже боятся.

Ну раз так, то хорошо. Пусть себе боятся, пока я не пойму, как заткнуть дыру.

Хороший, к слову, вопрос.

И надо бы найти кого, в этих делах сведущего. К примеру, Михаила Ивановича. Пусть воссияет там…

Глава 31

Каждый год создаются новые и новые машины, всё более сложные, всё более совершенные. И вот уже сам человек с удивлением и восторгом взирает на плоды разума своего. И вот уже готов он к новым свершениям…