Онлайн книга «Хозяин теней 4»
|
А ведь Карп Евстратович из тех, для кого государь и отечество — понятия, если не равнозначные, то трудноразделимые. И теперь весь его разум, сама суть противилась теориям какого-то тут оборванца. Воду я поднёс. — Государь тут точно не при чём, — сказал я и взгляд выдержал. Мрачный такой. — Скорее уж государя явно хотят подвинуть. Для того обстановку и готовят. Я помог удержать стакан. Странно, но я понимаю Алексея Михайловича, пожалуй, лучше остальных. Я ведь знаю, каково это, когда сила уходит. Когда вчера ты ещё готов был, если не мир завоевать, то всяко расширить собственную империю, а сегодня стакан поднять не можешь. Дерьмовые ощущение. — С одной стороны революционеры… они, может, и сами собой завелись… — Говоришь, как о блохах… — Но кто-то им помогает. Финансами. И вот связями. Делает, что кого-то ловят, а кого-то жандармерия будто и не видит… — Это они порой и без помощи… не видят, — буркнул Карп Евстратович и за ус себя-таки ущипнул. — Чтоб… — На то, чтоб без связей тебя не увидели, тоже деньги нужны. Городовому. И тому, кто над городовым стоит, — я эту систему знал. Она начиналась на земле, но ею не заканчивалась. Платишь участковому. И его начальнику. А тот делится со своим. И там уже, глядишь, ты и сам с ним делишься, а он начальственною рукою давит на тех, кто ниже, чтоб не лезли, куда не надо. Мир другой. Времечко тоже. А вот остальное, считай, прежнее. Родное почти. — Главное, что просто на взятках долго не продержишься. Тут всегда есть шанс, что кто-то захочет выслужиться и предпочтёт звёздочку золоту. — Ты о чём? Чтоб. Оговорился. Звёзды на здешние погоны ещё не сели. — Чин, — я поправляюсь. — А вот если кто-то большой и важный слово скажет, тут уж не всякий решится поперед начальства лезть. — А государь при чём? Мысль Карпу Евстратовичу по-прежнему не люба. Не вмещается она в его многомудрой голове. Вот революционеры — вмещаются. Он их где-то даже понимает, потому что не слепой и не тупой, видит, насколько тяжко живётся людям. Потому да, вроде и зло, а вроде где-то и правы. Но вот мысль, что революционеры сотрудничают с кем-то из Романовых. Из небожителей. — Ну… как-то… вроде и не при чём, а вроде как власть должна искоренять это всё. Бороться. Со взяточничеством… — Савушка, — Михаил Иванович аж руки на груди сложил. — Вот ты иногда рассуждаешь, и вроде совсем по-взрослому. А порой как скажешь, так сразу и понимаешь, какое ты дитя. — Ну да, взяточничество на Руси не искоренить. Тоже придумал, — получилось чуть язвительно. — Видишь… — Но хотя бы в каких-то рамках держать. И решать. Не только эту, но и другие проблемы… тех же революционеров слушают и идут к ним вовсе не от хорошей жизни. А скорее от понимания, что эта жизнь — дерьмовая. Они же обещают лучше. Пусть не сейчас, не тебе, но детям… — Он часом не социалист? — поинтересовался Карп Евстратович, на меня мизинчиком указывая. Вроде как в шутку, но взгляд такой, внимательный. — А кто ж его знает… — отозвался Алексей Михайлович. — Но, согласись, в его словах есть правда. Я давно говорил, что реформы нужны. — И не ты один, но это всё… к чему оно сейчас? — К тому, что кто-то чувствует момент, — продолжил я. — И пользуется им. Он поддерживает низы, раскачивая обстановку. Пробует силы. Возможно, вербует сторонников там, на верхах… или не там. А ещё проводит эксперименты. И не только с кромешной силой, но и с теми, кто… |