Книга Громов: Хозяин теней 3, страница 100 – Екатерина Насута

И ниже.

И тонкие корни прорезались сверху, будто стягивая трещину невидимыми нитями. А затем разлом исчез. Как и дед.

— Ты… как? — Метелька явно переживал.

— Нормально.

И вправду ведь. Старик… нет, он не успел стать родным. Близким — пожалуй, а родным… он и сам не спешил приближаться. Пожалуй, не прав был Варфоломей. Старик видел и понимал куда больше, чем показывал прочим.

Вот сердце и не выдержало.

Ни одно сердце не выдержит такого.

— И что теперь? Выбираться станем?

— Ждать, — я опустился на землю. тёплая. И солнышко-таки пробивается.

— Чего?

— Пока кто-нибудь не очнётся. Всех мы по-любому не утащим.

Таньку ещё туда-сюда, а вот Тимоха — дело другое. И с Михаилом бы поговорить по душам, чтобы понять, как дальше. Но это будет потом.

А пока…

Я просто сидел, подставляя лицо солнцу. И жмурился от света. От того, который солнечный, а другой… другой просто будет. Долго. Надеюсь, достаточно долго, чтобы защитить это место.

Первым очнулся Михаил.

Нет, не совсем верно.

Сперва я почувствовал тень. Вот её не было, не было, и вот вдруг раз и там, внутри, шевелится, слабая, что… тень.

Тень тени.

Смешно.

До меня долетела радость. Какая-то совершенно собачья, что ли. И я ответил радостью же. Нет, с тенью всяко проще, чем без неё. И как-то… будто целее стал, что ли?

Полнее?

Правда, ненадолго. Потому как в следующий миг радость сменилась… обидой? Недоумением? И злостью, но направленной не на меня.

— Тихо, — рявкнул я так, что Метелька подпрыгнул. А потом дёрнул за невидимый поводок, вытягивая тени наружу. — Знакомьтесь. Тень… это тень.

Идиотски звучит.

Когда-нибудь пытались познакомить двух котов? Причём совершенно точно не готовых знакомиться друг с другом. Более того, даже протестующих. Первая тень, которая усохла до размеров даже не кота — крупной крысы — выгнув спину шипела на вторую. Та была чутка больше, но более прозрачной, что ли. Размытой? И очертания… как клякса какая-то.

Или яичница.

Во. Точно.

Полупрозрачное пятно в центре которого бултыхается более плотный ком желтка.

— Это… это чего? — шепотом спросил Метелька. — Их две?

— Знакомься, это — тварь… древняя, могучая… в общем, всё, что от неё осталось.

А осталось очень немного. И главное, говорить она не спешила. То ли не могла от недостатка сил, то ли стеснялась пока.

— Видишь? — я встрепенулся.

— Ну… так-то… размытые очень. Но да. Две, да? А так можно?

— Говорят, что да. Что раньше у всех было по дюжине.

— Так то раньше, — Метелька древней твари не испугался. Хотя да, вид она имела совершенно не внушающий. Мутная поверхность побулькивала, то вскипая, выпуская теневые же пузырики, те лопались и стекали обратно в лужицу. Черное содержимое норовило вырастить ниточки, но и те получались коротенькими, что жгутики. И моя тень…

Нет, надо их как-то назвать.

Я почесал макушку. А ведь…

— Призрак, — решил я, ткнув пальцем в крылатого кота, который, подскочив бочком таки тяпнул лужицу за край. Та заверещала и поджала жижу к ядру, попытавшись ударить нитями-щупальцами. — Будешь Призрак. А это — Тьма.

— Мальчик и девочка, типа? — влез Метелька.

— Не… типа… такие… в общем, я как-то… — я запнулся, понимая, что здесь этот фильм вряд ли кто смотрел. — Читал одну историю. Про Африку.

Африка в мире имелась, это я знаю точно — видел на глобусе. Да и проходили мы её в рамках ускоренного курса географии.