Книга Громов: Хозяин теней 1, страница 161 – Екатерина Насута

— Как?

Нет, я понимаю, что в здешнем мире слово церкви многое значит, но чтобы настолько?

— А Пашка ему сказал, что если меня не уговорит, то найдёт способ сам уйти. Руки на себя наложит. Вот и выходило, что я виноват, да невиновен… что помог ему уйти и с честью, и без греха. А потому ни звания не лишили, ни наград. И отпустили мир-миром… только… на Виленских землях мне лучше было не задерживаться. А идти? Куда… поехал сперва в столицу, да из дружков моих за годы мало кто в живых остался. В дом приличный меня б не взяли, потому как суд судом, а слухи слухами… кому охота?

Понимаю.

Репутация — штука хрупкая.

— Делать я ничего-то толком не умею, кроме как воевать или учить. И то не грамоте с арифметикою. Деньги были первое время, но… запил я, признаюсь.

— А домой? — спрашиваю очень тихо, понимая, что не было у него дома. Вот как у меня не было. Особняк имелся. Недвижимость по всему миру тоже. А дома, такого, чтоб вернуться хотелось, не было.

— Домой… в станицу… там своя жизнь, иная, от которой я крепко отвык. Нет, принять бы приняли. И угол нашли бы. И дело. Может, оженили бы даже. Может, и зажил бы, как многие живут, только… не знаю. Не мог я вернуться. Просто вот не мог.

Глаза у него мутные.

А я отмечаю, что видеть стал ещё лучше. Пожалуй, настолько, что рискнул бы буквы прочесть, если б было на чём.

— Когда загулял, так как-то всё быстро и… вроде и были деньги, а вот уж и нет.

Знаю такое.

Текут водой сквозь пальцы. Девки. Рестораны. И то чувство всемогущества, которое накрывает, когда ты швыряешь пачку в воздух и гогочешь, глядя, как шлюхи ползают, подбирая.

Игры, да…

Если играть, то тоже так, чтоб земля гудела.

Мне повезло. Я вовремя успел то ли очнуться, то ли просто всё это надоело, потому как однообразное очень. Но видел тех, кто упорно цеплялся за сказку о красивой жизни. Или вот за угар хмельной, хорошо, когда хмельной, но до кровавых соплей, до полной потери себя.

— Тут мне и предложили в артельку войти. На ту сторону прогуляться. Полынья вроде старая, путей много окрест проложено, но всё одно порой попадалась добыча, особенно, если рискнуть и протянуть ветку дальше. Проходчики всю добычу себе берут, ну, кроме как проценту за сам проход. Но и рисково это… вот меня и кликнули. Вчетвером собрались. Я, ещё пара мужиков из старых артельных и Сургат.

А вот это интересно.

И как-то более-менее объясняет неестественную совершенно разговорчивость Еремея. Не доросли мы до того, чтоб с нами душевными терзаниями делиться. Даже с учётом того, что больше делиться не с кем. А потому толкаю Метельку, который открыл было рот, чтоб удивление выказать, и дальше слушаю.

Превнимательно.

— Так вот… протянули мы тогда на двадцать шагов. Это много. Там и до развилки идти было с сотню, пусть и перехоженных, но порой оно лишь во вред. А дальше туман. Фонарь его разгоняет шагов на пять. Мне и говорят, мол, ты новенький, тебе первым и идти.

Вот чуется, что неспроста такая высокая честь.

— Я что? Я и пошёл. Я там… вижу кой-чего.

Это я понял, что Еремей знает куда больше, чем положено обычному человеку.

— С фонарём так и вовсе ладно. Иду, иду… тяну веревку. И не заметил, как отстали мои сотоварищи… обернулся. А глядь, они крадутся. Один справа заходит, другой слева.