Онлайн книга «Громов: Хозяин теней 1»
|
Фонарь? — Вижу! Огонёк! — Метелька подпрыгнул. — Тусклый, правда, но сквозь туман пробивается. — На десяток шагов, а то и на два… а вон ленточки видишь? — Д-да… — Это вешки. От одной до другой и путь проглянется. Их смазывают особым составом, — ноздри Сургата дрогнули. Интересно, с чего это он вдруг переменился? — По вешкам можно и дорогу к выходу найти. Сейчас вот мужички врата обозначат… Пару столбов вкопали, причём, судя по тому, что на столбах светились тонкие полосы, смазывали и их. — … а там уже и дорогу строить начнут, — Сургут, щурясь, вглядывался вдаль. Видел что-то? — Дальше уж на опорки и фонари повесят особые, которые худо-бедно туман здешний разгонят. Оно-то всё одно не видно будет дальше, чем на пяток шагов, но и это уже много… — Это, наверное, дорого? — уточняю я, поскольку ещё с той своей жизни знаю, что никто-то не станет возиться, если возня эта не приносит дохода. А тут… Люди вон. Материалы и не самые простые. Вон, столбы у ворот вкапывают основательно, да и они толщиною внушают, явно не на день-два рассчитанные. Прочее тоже не бесплатно. — Пусть мальчишка поведет! — раздался чей-то нервный голос. — Он же ж видит, куда… — А и вправду, — Сургут словно спохватывается. — Видишь же? — Стоять, — Еремей, казавшийся увлечённым спором, мигом о споре забыл, встал рядом. — Никто никуда не пойдёт. — Да ла-а-адно, — прежним ноющим тоном протянул Сургут. — Да хоть на пару шагов пускай… можешь и ты с ним сходить. А то тут одна трава только. — Тебе и её на первое время хватит. — Ой, скучный ты человек, Еремейка… — Зато ты у нас весёлый. — Кому-то ж надо… Я дёрнул Еремея за рукав, привлекая внимание, и когда тот наклонился, сказал на ухо: — Тут пока никого… такого нет… можно и пройти… если с тобой. Сам я на свой револьвер не больно-то надеялся, здраво собственные силы оценивая. Медленный я. Слабый. — Видишь, мальчик и сам хочет… Хочу. Потому что… сам не знаю, почему. Манит эта вот седая трава, которая без ветру клонится к земле, а потом распрямляется с едва слышным шелестом. И шелест этот кажется почти голосом. В ней, в траве, то тут, то там мелькает горбатая спина моей Тени. И та тоже рада. Как охотничий пёс, который долго маялся в городской квартире, и вот теперь снова оказался в лесу. На свободе. Почти. — Идём, — решается Еремей, мрачно глядя на Сургута. — Давай десяток. Останавливаемся. И дальше решаем, по ситуации… — Ой, ладно вам… — Сургут демонстративно потягивается. — Вечно ты всё страхи ищешь, там где их нету. Еремей подталкивает меня в спину. — Веревку держи. И Метелька, ты за нами. Он явно не хочет оставлять Метельку подле Сургута, и мы оба — я и Метелька — лишь одобряем такое решение. Сам Еремей закидывает на плечо моток веревки с полудюжиной деревянных кольев-штырей, нанизанных на веревку, как иглы на нити. Идём. Трава ломается под ногой с сухим на диво неприятным звуком. И острые ости норовят пробить ткань. Но та плотная, на этой стороне ещё более плотная, чем на той. И натиск травы выдерживает. — Руки держите в карманах. Тут, если поцарапаетесь, кровь мигом тварей привлечёт. А не время ещё… Еремей заговаривает, когда мы отдаляемся на десяток шагов. Я вижу людей, которые вот они, рядом, и мне странно, что Метелька крутит головой и вцепляется в верёвку. Я слышу, как колотится его сердце, и он старается держаться вплотную к Еремею. |