Книга Громов: Хозяин теней 1, страница 149 – Екатерина Насута

А может, и вправду меняется.

— Страшно, да? — Метелька понимает взгляд по-своему.

— Ага, — отвечаю ему.

— И мне… мне ещё когда батя говорил, что от теней одни беды…

— Скажи, что и от охотников, — бурчу, натягивая просторные штаны, сделанные из какой-то плотной жесткой ткани. Штаны на постромках, которые Метелька помогает перекрестить на спине, поясняя:

— А то сваливаться будут. Замучаешься, поправляючи.

Рубаха чуть помягче. А вот куртка из того же плотного полотна и ещё пахнет будто травами. Понять не могу, но запах не сказать, чтобы неприятный.

Ботинки тоже раздобыли, и пусть чутка великоватые, но высокое голенище со шнуровкой проблему отчасти решает — с ног точно не свалятся.

— Добрые, — Метелька несколько раз притопывает ногой. — Такие, небось, рубля три потянут. А то и пять.

Он с нежностью гладит твёрдую кожу, явно гадая, придётся ли возвращать этакую славную обувку или, может, свезёт и Еремей разрешит оставить её.

Сам же он появляется и не один.

— Ну? Готовы?

— Нет, — говорю честно и за себя, и за Метельку, и за Савку, который опять прячется, но словно и не до конца. Словно ему интересно, что будет дальше. Вот только интереса этого мало, чтобы совсем очнуться.

— Ничего, — Еремея мой ответ лишь веселит. — На месте и разберетесь. Давай, Охотничек, веди…

Вот зар-р-раза!

Но первой к полынье подходит тень и черное то ли стекло, то ли вода, выпячивается пузырём, её проглатывая. И я чувствую, как дергает поводок, требуя моего присутствия там. И послушно шагаю, уже не способный противостоять зову.

Раз и…

Момент перехода не ощутим.

Просто шаг.

В стену.

Сквозь стену. Легкое прикосновение к лицу, такое бывает, когда, идя по лесу, ловишь паутинку. Я даже слышу, как она беззвучно рвётся.

Воздух.

Запах.

Густой-густой, обволакивающий. Хреновы лилии.

— А тут… тут… туман какой… — Метелька просто появляется за спиною, и я оборачиваюсь.

Туман?

Скорее муть лёгкая, но не сказать, чтоб мешает сильно. А если проморгаться, то и она исчезает. Как там… гордо веет буревестник над седой равниной моря. Буревестника не наблюдалось, моря тоже, а вот седая равнина расстилалась во все стороны.

Полынья же повисла всё тою же чёрной промоиной.

— Вот, — Метелька суёт мне веревку. — Еремей сказал, чтоб ты взял. И чтоб вокруг пояса обвязал, двойным узлом.

Веревка тонкая, даже не веревка, скорее нить, свитая из других. И надёжною она не кажется. Но Метельке, который эту нить оборачивает вокруг моей талии, не мешаю. Стою.

Приглядываюсь.

Тень моя тут же. Теперь она будто больше и слегка размыта, но вон, скользит меж купин седой травы, то прячась, то вновь появляясь. А я… я испытываю разочарование.

Я ведь ждал чего-то такого.

Этакого.

А тут равнина.

Трава.

Травы вот много, только как понять, та самая она, навья, или же надо другую какую искать?