Книга Громов: Хозяин теней 1, страница 151 – Екатерина Насута

Пузырь лопается с мерзким дребезжащим звуком, и перед полыньёй возникает Сургат.

— Не ждали⁈ — весело говорит он.

— Какого хрена… — Еремей добавляет пару слов покрепче.

— Ну… — Сургат перебивает Еремея и щурится так, нехорошо, а я понимаю, что он опасен. — Мозырь велел сходить с тобою, приглядеть, что да как… что-то ты ему, Ерёмушка, в последнее время не нравишься. Боится, как бы болезнь тебя до сроку не забрала.

И скалится широко-широко.

Зубы у него белые и блестящие. Ярко-белые, прям ослепительно, будто из свежевыпавшего снега вылепленные. А вот глаза кровью налиты и цвет разобрать сложно. Лицо тоже красное опухшее, и под кожей словно шевелится что-то.

Жилы кровяные.

— Ты за моё здоровье не бойся, — кидает Еремей, впрочем, с Сургата не сводит глаз. — Ты о себе побеспокойся. Как бы чего не вышло…

— А я так… в стороночке постою. Вот, с мальчиками. Не боись, не трону.

И шажок к нам делает. И за ним хвостом своя нитка пробирается.

— Познакомимся поближе… а то ж, чую, вы меня не так поняли. Превратно, если по-благородному выражаться.

Одежду сменил.

Ни тебе халата, ни пиджака, но добротная крепкая одежонка из бурого полотна. Куртка вон кожаная даже, пусть потёртая, но ещё вполне себе приличная. На голове же и вовсе шлем, навроде тех, которые в старых фильмах показывали. И очки такие же, круглые, массивные.

Явно не от плохого зрения.

Очки Сургат и надевает.

А я вижу, как вспыхивают они. Артефакт, стало быть.

— Не сейчас, Сургат, — Еремей кривится. — Потом поглядишь… нечего тварей до сроку привлекать.

— Ой, ладно тебе… тут если и фонит, то самую капелюшечку. А вы, ребятки, хотите поглядеть? Так-то оно туман. Помню, я в первый раз когда попал…

И еще ближе к нам.

И я отдаю тени приказ держаться рядом. Она же, рыская в траве, кого-то выловила и теперь старательно давилась добычею. Но приказ исполнила. И главное, подобралась тишком, так, чтоб Сургат не заприметил.

— … то всё понять не мог, как мы в этом тумане будем.

— Как? — не удержался Метелька.

Еремей же что-то обсуждал с мужиком, указывая в сторону леса. Потом они вдвоём вернулись к полынье и мужик перешёл на ту сторону. К слову, никаких неприятных ощущений у меня это не вызвало. Как и возвращение его. Причём теперь уже мужик тащил верёвку совсем иную, толстую, с длинными красными ленточками, завязанными на ней.

— А вот так, мальчик. Сперва идут разведчики. Это вот наш Еремеюшка… оглядываются, что да как. Потом столб ставится сигнальный, с артефактами, которые тварей отпугивают. Заодно и ворота возводят, чтоб видно было, куда нырять-то. А уж далее от столба и тянут дороженьку, ну, это если на месте добычи нет. Чего стали? Вперёд…

— Спокойно, — Еремей остановил мужика. — Спешка в этом деле дороже выйдет.

— Мозырь сказал, чтоб сегодня хоть на сотню шагов дорогу проложили… видишь ли, мальчик, на этой стороне обычный человек, если сделает шаг-другой, то и заплутает в тумане. Даже маяки и те не особо помогут, потому и ходить надобно по привязкам. Вот там у них — жила сигнальная. К ней уже и крепят верёвки проходчиков… или вот грузы.

Веревку закрепили за железную распорку, которую собрали прямо тут, у полыньи. Причём Еремей скручивал её весьма ловко, явно не в первый раз приходилось. А уж когда в землю вогнал и надставил, то и закрепил в самом верху…