Книга Жена поневоле, сделка с дьяволом, страница 91 – Кэти Райт

Марианджела и Таддео сидели на параллельном ряду, он не переставал её отчитывать.

А место рядом со мной пустовало…

Что если Фауст не придёт? Вдруг он решил бросить меня вот так? На чужой свадьбе, перед сотнями незнакомцев, с их притворно сочувствующими взглядами?

Элеттра и Рената были подружками невесты. Гаэтано настоял, чтобы они и мужчины с его стороны пришли в красном.

Необычный выбор. Экстравагантный. Как раз в стиле жениха.

Маддлена выглядела, как богиня, сошедшая с небес. Её светлые волосы были забраны в шикарную прическу, украшенную цветами из драгоценных камней, а платье с трехметровым шлейфом делало образ поистине достойным королевы.

Гаэтано Каттане́о был в белом, прямо как и невеста, только этот цвет не добавлял ему показной чистоты.

И всё-таки, он был достаточно высок и смазлив, чтобы объяснить его популярность среди женщин.

Хотя, миром правили деньги и это торжество лишний раз доказывало состоятельность мужа Маддлен.

— Опоздал? – послышался смешок Фауста, плюхнувшегося на стул рядом со мной. – Это потому, что я не хотел приходить.

Ну, конечно.

— Спасибо, что сделал это. – через силу выдавила из себя я, искоса следя за мужем.

Тот поправил и без того безупречно уложенные волосы и смерил священника таким взглядом, будто его нахождение на этой свадьбе было чем-то неожиданным, а он ждал кружок сатанистов с черным козлом наперевес.

Кольца выносила одна из родственниц со стороны жениха. Миловидная девочка лет пяти, в костюме ангела.

Потом были клятвы.

Гаэтано лучился самолюбием, толкая пламенную речь о том, что только смерть разлучит их. Маддлена держалась стойко, хоть по ней и было заметно недовольство.

Фауст сидел ровно. Лицо его было отражением внутреннего равнодушия.

— Как думаешь, они будут счастливы? – прошептала я, подтолкнув его локтем.

— Красота церемонии не определяет успешность брака. – отмахнулся Фауст.

Оставшуюся официальную часть мы молчали. Я смотрела за тем, как молодожены обменялись кольцами, а потом Гаэтано страстно поцеловал Маддлен с языком, размазав помаду по её подбородку.

Выглядело это… ужасающе. Будто он пытался с помощью поцелуя высосать из моей подруги мозг.

Потом мы отправились на виллу дель Бальбианелло. Огромная территория была заставлена столами с закусками, всюду сновали официантки в откровенных нарядах, а от количества «звездных» гостей у меня рябило в глазах.

Казалось, наша свадьба была роскошной, пестрящей сотнями гостей, но павлин Гаэтано Каттане́о не упустил возможность пощеголять деньгами перед всеми.

Фауст таскался за мной, бросая недовольные взгляды, будто молнии.

Я понимала, что мне не следовало приходить. Таддео с Марианджелой то и дело попадались нам на глаза, и мне было больно думать о том, что в эти моменты чувствовал Фауст, снова и снова сталкиваясь с тем, кто едва не лишил его отца.

— Прости. – произнесла я, стоило Марианджеле и Таддео в очередной раз пройти мимо. – Знаю, что это ничего не изменит. Просто я должна была это сказать.

Фауст смерил меня холодным взглядом и приобнял за талию.

Внутри, словно весенние цветы, распускалась надежда. Но Руджери наклонился и прошептал мне на ухо:

— Милая, ты права. Это ничего не изменит.

Разочарование горечью осело на языке, но я проглотила его.

Фауст имел права злиться.