Онлайн книга «Кандидатка на выбывание»
|
С этой чокнутой бабой все пошло по пизде почти с самого начала. Причем, какого хрена, когда и где я так накосячил, чтобы стать повинным во всех смертных грехах и заслужить этот, как говорят в России, фунт презрения — ноль внимания, загадка покруче мирового заговора и поисков убийцы той, чей труп лежит в ванной двумя этажами ниже. Той, о ком я не вспоминал больше десяти лет, а еще двадцать до этого старался забыть, то проклиная, то моля о прощении. Той, о ком Марика приходила поговорить. И той, ярость на которую я так старательно вымещал на звонкой заднице Айгуль-Адиль. Психиатры нашли бы мой поступок и весь этот случай презабавным и даже, уверен, не раз упомянули в научных статьях. Зато теперь нас с женой ждет разговор совсем иного рода, чем перебирание грязного белья той, что в нем погрязла, как армейская прачка. Ручка номера Марики поворачивается почти бесшумно, и дверь распахивается в сумрак пахнущей кардамоном и кофе гостиной. Фру Даль пристрастилась к местной привычке пить кофе в любой непонятной ситуации — в радости, горе или безделье. В дверном проеме на фоне яркого света из коридора, обрисовывающего контур фигуры, оттого еще более массивный, что закутан в пушистый банный халат, я — отличная мишень, реши моя драгоценная женушка запустить чем-то тяжелым и устранить одновременно все свои проблемы и их создателя. Но этой стерве место в тайных допросных застенках КГБ, а не посреди роскоши пятизвездочного отеля. Настольная лампа включена и повернута в мою сторону — ослепить вторгающегося врага. Туфли с острыми шпильками валяются на проходе — препятствие задержать споткнувшегося. На экране включенного ноутбука гипнотически крутится заставка Windows — отвлечь внимание. — Праздновать смерть одной топ-модели, трахая другую, символично, не находишь? — таким голосом профессора сообщают студентам о необходимости пересдачи — брезгливым и высокомерным одновременно. — Я пропустил, когда ты отучилась на психолога? — ерничать рядом с Марикой выходит само собой. — Ты многое пропустил. Например, очередь, где раздавали честь, совесть и здравый смысл. — Зато ты прихватила за десятерых. Или они шли в комплекте с ледяным сердцем и бесчувственной вагиной? — Моя вагина не создает проблем, в отличие от твоего члена. Или, скажешь, пороть связанную шлюху, вставляя ей по диафрагму, логичный поступок, призванный помочь с поиском убийцы твоей матери? Шах и мат. Чистый разум против грязных чувств. Я вновь проигрываю, возражая лишь по привычке: — Польщен, как высоко ты оцениваешь длину моего достоинства. — Едва ли не единственного достоинства, — Марика опускает лампу, переставая слепить глаза. Встает — черный шелк и отливающие темным золотом русые волосы. Проходит к бару — прямая спина, ни одного лишнего движения. Робот — не человек. Наливает два бокала и один протягивает мне: — Кажется, я забыла добавить яд. Нашим отношениям не нужен семейный психолог. Зато отлично подойдет судмедэксперт. * * * Марика Пока лампа слепит Ингвара, успеваю взять себя в руки. К счастью, макияж успела смыть еще до увлекательной экскурсии в мир раскрепощенного секса и супружеских измен. Почему я разрыдалась, как малолетка от несчастной любви, едва переступив порог номера? Наш брак жив только на бумаге, а никакой любви в нем не было и в помине — сплошной холодный расчет. Но доводы разума остаются неуслышанными, когда я сползаю по двери на пол, отшвыривая ненавистные, валяющиеся у порога туфли. Будь ты трижды проклят, Ингвар Даль! Пусть все черти ада дерут тебя во все щели так же, как ты эту вульгарную потаскуху! |