Онлайн книга «Ведьмин рассвет»
|
Кулачки Ульяны сжались. — Мы с бабушкой хотим кое-что попробовать, правда… пока не понятно, выйдет ли. И не будет ли во вред. Поэтому она и медлит… главное, в такой ситуации, хуже не сделать. Она сильная целительница, но я говорила, что сила – это не всегда хорошо. Особенно с опухолями… часто так, что выжигается не только больная ткань, а вообще все, что в локусе. Это вообще опасно… непредсказуемо. Раковые клетки – это ведь тоже клетки организма, и сила порой не различает. То есть можно выжечь опухоль, но вместе с органом. Или подпитать… вливаешь в пациента силу, чтобы поддержать организм, а поддерживаешь и питаешь по сути опухоль. — Я не знала. Решайся, Яна. Ты же взяла с собой тот флакон. Ты же собиралась его отдать. Решайся уже… — Бабушка опухоль видит, но смутно. Я – куда более четко. Я слабее, но поэтому дар мой, он как бы… — Чувствительней. — Именно. И вот… есть мысль, что я попробую отметить очаги опухоли, а бабушка уже потом их выжжет, по моим меткам. Такое пытались сделать, но… — Не совсем удачно? — Именно. Тут тоже сложно. Когда клетки сгорают, все равно получаются повреждения. Особенно, если кровеносные сосуды… а в матке кровеносных сосудов множество. Она сама по себе один сплошной кровеносный сосуд. Так что… это если вообще вариантов не останется. Но я думаю, что не останется. Матку по-любому придется удалять, но опухоль к тому времени наверняка даст метастазы. А уже с ними можно и пробовать так вот, с метками. Главное, чтобы не в мозгу. Тут еще проблема в самой энергии Ульяна посмотрела на свои руки. — Какая? — Говорю же, целительская, она… она как бы жизнь дает. И поддерживает. И уничтожить что-то… ну не вариант. Поэтому опухоли обычно просто вырезают. Хирургически. Тут… что-то такое, надо, совсем другое. Понимаешь? Как ни странно, но да. — Некромантия? — Что? – Ульяна моргнула и медленно повторила. – Некромантия… некромантия! Конечно! — Погоди… — Это логично! Естественный антагонист нашей силы! Правда… нет, тут надо подумать… с одной стороны некротическое воздействие на организм влечет за собой гибель… — Ульяна! — Что? – она вытащила карандаш из-за уха и сунула в рот. – Надо узнать, не проводили ли опыты. Наверняка, что-то такое было… должно было быть. Знаю, что во время войны некроманты… — Есть другой способ, - я вытащила флакон из кармана. – Это… живая вода. — Та самая? — Та самая. Именно живая. Но хватит на одного. И если вдруг… если ничего не выйдет, просто дай ей. Хорошо? Она задумалась. И снова понятно. Живая вода – это ведь сказка, вроде волшебного станка, но станок я своими глазами видела. И не только я. Однако выглядел флакон совершенно неволшебно. Стеклянный. С пробкой. Ни сияния внутри, ни магического света. Силы я тоже не ощущаю. И думаю, что если пробку вытащить, то ничего не изменится. Вода – она вода и есть. Ни вкуса, ни цвета, ни запаха. Даром, что живая. — Ты… уверена? — Уверена. Ульяна не спешила брать. Смотрела так, выжидающе. — Ты понимаешь, что… ты можешь это продать? Назвать любую сумму, и её заплатят… если это и вправду… — Вправду. И да, я понимаю. В мире хватает людей, у которых болеют близкие. Да и сами люди… деньги не всегда решают все. — Поэтому попрошу тебя… не распространяться. — Хорошо, - Ульяна все еще не решалась коснуться флакона. – Ты… мне настолько доверяешь? |