Книга Жертва по призванию, страница 119 – Галина Кор

— Понятно, — качает головой, сочувствуя.

— С малышкой все будет хорошо?

— Давай ее на УЗИ, — не отвечает мне врач, а дает указания медсестре.

Из разговора медперсонала я составляю картину. Мне никто ничего толком не говорит, так бросают какие-то общие фразы типа: «Плод в нужном положении… Ситуация под контролем. Дыши глубоко, это поможет облегчить состояние» и тому подобное. Мне бы сейчас не помешала помощь… соседа. Андрей обязательно бы узнал все подробно…

И тут мое тело пронизывает такая острая, рвущая на части боль, что кричу так громко, что, наверное, слышно и на первом этаже.

— Дыши! — кривит врач, стараясь до меня достучаться.

А я, как в трансе. Ее слова долетаю до меня с опозданием. Иногда от боли, даже закладывает уши.

— Это тебе не четырехкилограммового рожать, — ворчит медсестра, — вот там боль, а тут… выплюнешь и через пять минут забудешь.

— Все, головка показалась, тужься! — командует врач. — Дыши-дыши… И давай, тужься!

Миг… и мне становится легко. Боль в один момент исчезает, остаётся только усталость.

Ребенка несут куда-то… хочу подняться и посмотреть.

— Куда? — дергает меня обратно акушерка.

— А ребенок… куда ее?

— Сейчас оботрут, взвесят, проверять рефлексы…

— Время рождения — девятнадцать тридцать. Вес — один килограмм триста грамм, рост — тридцать три сантиметра. Девочка. — Диктует врач.

— Как назовешь-то, мамочка? — спрашивает суетящаяся вокруг меня акушерка.

— Дарина… наверное.

— Сейчас ребенка поместим в кувез, на всякий случай. Так-то она у тебя крепенькая, дышит самостоятельно… Но перестрахуемся, мало ли…

— Это чей там такой муж нервный? — в родзал заходит еще одна медсестра. — Прямо требует, чтобы отчитались о состоянии Павловой. Ты Павлова? — смотрит изучающе на меня.

— Я.

— Бывают же еще такие мужья, — закатывает мечтательно глаза, — заботливые. Слышь, Михайловна, — обращается к моей акушерке, — поднял на уши всех, даже главврача. Тот только что звонил дежурному врачу.

— Значит бывают, сама ж говоришь.

— Как хоть звать-то мужа? — спрашивает у меня та, которая принесла сплетни «на хвосте».

— Да… — и как тут сказать, что он просто сосед. Тетушки покрутят пальцем у виска, запишут меня в ненормальные. — Андрей. — Произношу его имя, не уточняя, кем мы друг другу приходимся.

— Дарина Андреевна, — произносит акушерка, которая спрашивала, как я назову ребенка, — звучит…

— Звучит, — повторяю за ней. Только ведь она не Андреевна, а Игоревна.

Но свои мысли оставляю при себе.

Так как к родам я была совершенно не готова, то у меня не оказалось даже элементарных вещей. Мне выдали больничную ночнушку, постельное белье, которое видело-перевидело такое, что даже хлорка не смогла отстирать пятна, и тряпку, которую велели засунуть между ног. Не жизнь, а одни стрессы…

Малышку забрали и положили в кувез. Сказали, что утром её осмотрят все врачи и тогда решат: держать там или отдать мне. Поэтому мне остается лишь лежать и «наслаждаться».

Утро меня удивило. Точнее, Андрей. Через медсестру он передал кучу пакетов, в которых оказалось всё настолько нужное, что просто нет слов. Тут и памперсы, и вещи, и бутылочки — всё строго по списку, который мне выдали в гинекологии. Откуда он знает, что покупать — загадка.

А как я удивилась, когда среди всего этого богатства оказались вещи и для меня! Даже прокладки — и те купил. Не каждый муж покупает такое жене, что уж говорить о соседе.