Книга Мажор. Он меня погубит, страница 73 – Ксения Рокс

— Да, я вас понял. Не переживайте, сделаем всё в лучшем виде.

— Прекрасно. Рад, что мы с вами поняли друг друга, — пожимаю доктору руку и, если честно, молюсь, чтобы все прошло хорошо.

Рита

Смотрю в потолок, от скуки считая трещинки. Боль в ноге чуть притупилась, стало полегче. Скорее всего, это действие ударной дозы обезболивающего, и я прекрасно понимаю: как только лекарство отступит, всё вернётся. А может, даже станет ещё хуже.

Прогнозы врачей неутешительные, и я почти не сомневаюсь, что теперь операцию уже не отложить. Меня должны были прооперировать ещё давно, но операция стоит баснословных денег, а очередь на квоту тянется годами, будто кто-то нарочно проверяет людей на выносливость и терпение. Я ждала, терпела, надеялась. А теперь лежу здесь и понимаю, что выбора у меня больше нет.

Дверь в палату тихо открывается. Я поворачиваю голову на звук, на мгновение даже забывая про боль.

В проёме стоит огромный букет роз. Пышный, почти нелепый для больничной палаты. Лицо человека за цветами не видно, но мне и не нужно его видеть.

Я и так знаю.

— Привет, — раздаётся знакомый голос.

Букет опускается, и передо мной появляется Тоха. Улыбается так легко и обаятельно, будто в мире не существует ни больниц, ни переломов, ни тревог. И я, к своему удивлению, тоже улыбаюсь ему в ответ.

Он выглядит таким довольным, живым и светлым. Но я почему-то уверена, что парень специально такой позитивный. Нарочно, чтобы мне стало легче. Я чувствую огромную благодарность, почти щемящую. Он приехал, помог, был рядом в самый страшный момент. И это при том, что сам ещё толком не восстановился после аварии. От одной этой мысли в груди теплеет, значит, между нами всё ещё что-то есть. Не оборвалось, не исчезло.

— Как ты? — Тоха садится рядом с кроватью, ставя букет на тумбочку.

— Уже лучше, — стараюсь улыбнуться шире, чтобы не нагнетать.

— Не болит? — он кивает на ногу.

— Пока нет.

Антон качает головой, будто отмечает это про себя, а потом вдруг становится серьёзным.

— Я с доктором разговаривал, — говорит он быстро, словно боясь, что его перебьют. — Скорее всего, на завтра назначат операцию.

Его слова приводят меня в ступор.

— Как… завтра? — растерянно переспрашиваю. — Но ведь моя очередь ещё не подошла…

— Да там… — он отмахивается, будто это мелочь. — Короче, случай у тебя не совсем стандартный. Клиника готова оплатить операцию в рамках благотворительного проекта. Ну, там сложно, не заморачивайся.

Звучит это всё слишком легко и слишком небрежно. Подозрительное совпадение…

Я прищуриваюсь, внимательно вглядываясь в его лицо.

— Точно? — тихо спрашиваю я, пытаясь уличить ложь в его глазах.

— Точнее некуда, — Антон накрывает мою руку своей ладонью, такой теплой и уверенной. — Прогнозы хорошие. Твоя ножка скоро будет как новая.

Он пытается отшутиться, но напряжение все равно не отпускает меня.

— Антон, если ты… — начинаю говорить, но он тут же прикладывает палец к моим губам.

— Я тут не при чём, честно, — подмигивает. — Хочешь, у врача спроси. Он всё тебе расскажет.

Парень говорит так уверенно, что я позволяю себе поверить, хотя внутри всё равно зудит тревога. Я категорически не хочу, чтобы Анохин платил за операцию. Это слишком дорого и слишком много для меня, я буду чувствовать себя обязанной и слабой… Но спорить тоже не хочу, не сейчас. Нам и так есть о чём поговорить.