Онлайн книга «Турецкая (не)сказка для русской Золушки»
|
Он так дышит, что сейчас грудная клетка разорвется. Все это невыносимо. И почему-то дико больно. На разрыв Он отстраняется с жесткой усмешкой. Вмиг — другой. Словно бы наваждение прошло, словно бы чары рассеялись, гипноз. Без сомнения, это тот Кемаль, к которому я привыкла… Отходит на безопасное расстояние. Не смотрит больше в ответ. — В одиннадцать завтра выезжаем в Стамбул. Я на пять дней улетаю с женой в медовый месяц в Белек. По возвращении займемся твоими делами. Я молча киваю. Говорю спасибо, но он не слышит — дверь за ним громко в этот момент хлопает. А спустя пятнадцать минут я слышу стоны… Не хочу слышать, но слышу… Глухие мужские, почти пещерные. И сладкие, тягучие женские… Глава 23 Сколько лет я помешан на этой девочке с волосами цвета снега? Когда в первый раз увидел? Лет в одиннадцать, наверное… Сверстники влюблялись в актрис и моделей намного старше. Смотрели, облизываясь, на мам своих друзей, которые хорошо выглядели. Я всегда знал, что Мария станет еще более ослепительной красавицей, когда вырастит. И стала… Паршивка знала себе цену. Она из тех, кто никогда не был гадким утенком. Ей всегда поклонялись, за ней всегда увивались, она никогда не чувствовала себя второсортной и не пыталась завоевать внимание. Ее никогда не дразнили жирным прыщавым уродом и не смеялись в спину. «Безотцовщина». «Бастард Демиров». «Всемогущий дед стесняется его»… Я вырос в дремучем лесу из комплексов и травм. Наверное, это и закалило мой характер. Наверное, потому я так и вгрызался в гранит науки — и в Турции, в Англии, куда меня сослал дед, потому что я сильно его раздражал. Наверное, дело было в том, что я одним своим видом напоминал ему о двух самых болезненных темах — о том, что у него так и не случилось сына — наследника. Зато случилась моя мать и вместе с ней — вторая душевная рана Керима — ее дурацкая связь с моим ничтожным папашей и бесчестное возвращение домой. Небывалый позор для Турции. Тем более, семьи уровня Демиров… Наверное, он потому так ненавидел мою бабушку. Она не дала ему то, что он хотел. Но почему тогда не развелся? Почему не женился на другой? Взял бы хотя бы вторую жену, религиозным браком… Не знаю. Душа Керим — бея была полна загадок, как и его бизнес — дела, который мне только-только получается раскручивать и постигать. А там много интересного. В том числе и в контексте наследства Марии, с которым все далеко не так понятно, как он это ей приподнес… Мария… Маша… Ее имя отзывается в теле спазмами обиды и удовольствия… И дурацкой, нелепой надежды. Точно такая надежда прострелила меня, когда я не дал ей упасть на лестнице несколько лет назад. Я тогда вернулся другим. И внешне, и ментально. Тупой несчастный толстяк ушел в небытие, открыв путь самоуверенному красавчику, знающему, что ему нужно от жизни… Когда я увидел ее в этом тонком вечернем платье, блестки которого затмевала ее собственная красота, я на минуту ослеп, оглох и онемел. Ожидал ее красоту, но чтобы такую обескураживающую, бьющую под дых… Маша была воплощение Афродиты. Родившаяся из пены Кипрена. Богиня, способная убить только тем, что прошла мимо, посмотрела, дышит с тобой одним воздухом… Я млел от того, что она позволила себе помочь, снять туфельку, смотрела заинтересованно — и я просто с ума сходил от торжества и кайфа. |