Книга Мажор. Это фиаско, братан!, страница 85 – Айская

— Всё в силе, — брезгливо ответила Элина, поправляя свои волосы. — Как только запись будет у нас, она разлетится по общему чату университета быстрее, чем ты успеешь сказать «до свидания, репутация». Котовский со своим идеальным образом принца развалится на куски.

— И по морде он еще получит бонусом, — добавил Дэн, жадно глядя на мой телефон. — Лично проконтролирую, чтобы его физиономия соответствовала его поступкам. — Верещагин усмехнулся и коснулся своей побитой морды от рук Матвей.

Я криво усмехнулся.

— Ну, тогда наслаждайтесь премьерой.

Я открыл приложение и развернул экран. Картинка была четкой.

На экране, в теплом свете кухонных ламп, Матвей прижимал Настю к столешнице. Они целовались так, будто завтра не наступит. Настя закинула руки ему за шею, а Матвей что-то шептал ей в перерывах между поцелуями. Они были абсолютно уверены, что одни. Что друзья уехали. Что их мир сейчас ограничен только этой кухней.

— Какая мерзость, — Элина поморщилась, но взгляд от экрана не отвела. — Записывай всё. До последней секунды. Я уже прямо вижу, лицо Настеньки, когда это видео попадёт в чат.

— Отлично... — пробасил Дэн. — Прямо в точку.

— Завтра днём, когда они закончат свою «программу», я нарежу вам самые сочные куски и перешлю, — сказал я, сворачивая приложение. — А теперь, господа заговорщики, разрешите откланяться. У меня был тяжелый день в роли «друга-аллергика». Кстати, — добавил я перед тем, как Элина с Верещагин собрались уйти. — Котовский сделал предложение Макаркиной, если вдруг вам интересно.

— Фу, — Волкова злостно фыркнула. — У него крыша окончательно поехала, он и эта дворняжка — муж и жена!? После такого «шоу» в общем чате у Настеньки глаза откроются и когда она его пошлёт на три весёлых буквы, я заберу его себе.... — она затихла, а потом поморщилась и выдавила. — А хотя нет, нафиг он мне сдался, вдруг ещё заразу какую-нибудь подцеплю от него. Но посмотреть на его фиаско, это можно сказать святое.

Дэн ничего не ответил. Они ушли так же тихо, как и появились. Я зашел в квартиру, не зажигая свет. Прошел на кухню, достал из бара виски и плеснул себе в стакан, даже не разбавляя льдом. Огненная жидкость обожгла горло.

— Ну что, Матвей... — произнес я в пустоту темной комнаты, глядя на мигающий огонек роутера. — Нехер было мой проект тырить и за свой выдавать. Думал, я забуду? Думал, мы всё еще кореша?

Я сделал еще один глоток и усмехнулся.

— Око за око, Котовский. Зуб за зуб. Приятного вечера, «друг».

Настя....

Сквозь тягучую пелену сна я услышала странный металлический лязг и приглушенное ворчание. Мозг не сразу сообразил, где я, но тело помнило всё: каждую ласку, каждое движение Матвея и тот безумный ритм на кухонном столе, от которого до сих пор сладко ныли мышцы. Я приоткрыла один глаз. Солнечный свет заливал спальню Лики, пробиваясь сквозь сосновые ветви за окном. Подняв руку, я замерла, любуясь тем, как на безымянном пальце поблескивает тонкая, чуть неровная проволока. Мое самое дорогое кольцо. Никакое золото не сравнилось бы с тем моментом, когда Матвей, глядя мне в глаза, предложил мне стать его женой. Сердце предательски екнуло от того воспоминания. С кухни снова донесся грохот — кажется, упала крышка. Я хихикнула.

— Опять Котовский решил, что-то грандиозное приготовить, надеюсь дом он не подпалит.