Книга Предательство для счастья, страница 18 – Александра Афанасьева

Свекровь, разгорячённая вином и ощущением полной победы, уже рисовала в воздухе контуры будущего торжества.

— Ну, раз вы теперь официально жених и невеста, нужно думать о свадьбе! — объявила она, и в её голосе зазвучали властные, дирижёрские нотки. — Скромничать не будем. Мы не бедствуем, тем более с таким семейным бизнесом! — Её взгляд, тяжёлый и значительный, упал на меня. Под «семейным бизнесом» она, разумеется, подразумевала моё ателье, которое уже мысленно перевела в разряд общих активов. — Прибыль от ателье как раз и пойдёт на достойную организацию. Всё должно быть шикарно, чтобы родственники оценили.

Даниил молча кивал, избегая моего взгляда. Он уже видел себя в центре этого праздника жизни, оплаченного не его трудом.

— Обязательно пригласим всех! — продолжала Ангелина Степановна, мысленно листая свою обширную родословную. — Мою сестру из Воронежа, дядю Степана с семьёй из Краснодара, троюродную племянницу... Всех! Пусть видят, как мы устроили сына. — Она сделала паузу и снисходительно посмотрела на меня. — От невесты, конечно, будет достаточно только родителей. Всё-таки это ты входишь в нашу семью, поэтому и праздник в большей степени наш, семейный.

Я вспомнила своих родителей — тихих, интеллигентных людей, которые всегда советовали мне «решать сердцем» и «не ссориться». Они бы затерялись и почувствовали себя не в своей тарелке среди этой шумной, чужой родни. Но на моём лице расцвела всё та же, уже набившая оскомину, восторженная улыбка.

— Конечно, вы правы! — согласилась я с женщиной. — Это же так важно — собрать всех родных! — Внутри же холодело: это будет не моя свадьба. Это будет презентация семьи Ангелины Степановны, шоу, которое я оплачу из своего кармана.

Пытаясь уцепиться за хоть что-то своё в этом кошмарном планировании, я с наигранным энтузиазмом воскликнула:

— А представьте, какой медовый месяц мы сможем себе позволить! Наконец-то вдвоём, может, в Таиланд, или на Мальдивы... — Я специально сказала это мечтательным тоном, глядя на Даниила, пытаясь поймать в его глазах хоть искру совместной мечты.

Но свекровь тут же, словно гидра, отсекла и эту робкую попытку отвоевать кусочек личного пространства.

— Что ты, что ты, милая! — фыркнула она, будто я предложила нечто абсурдное. — Как это — вдвоём? После такой свадьбы, когда все родные так сплотятся, я просто обязана буду с вами! Вам же нужна помощь, поддержка. Да и мне, старухе, надо отдохнуть после таких хлопот. Мы все вместе поедем, это будет замечательно! Мы с Данилой уже обсудили — он только «за».

Я перевела взгляд на жениха. Он сосредоточенно ковырял вилкой в салате, его уши порозовели. Он не смотрел на меня. Его молчание было красноречивее любых слов. «Медовый месяц» втроём. Это был уже не просто кошмар, это была насмешка. Окончательное и бесповоротное стирание любых границ, любого намёка на то, что у этой пары может быть что-то своё, интимное, личное.

В этот момент моё притворное согласие достигло своего предела. Оно треснуло, обнажив ледяную, бездонную яму отчаяния и понимания. Это никогда не кончится. Ни со свадьбой, ни с медовым месяцем, ни с квартирой, ни с детьми. Она будет всегда. Между нами. Дирижируя, контролируя, поглощая.