Книга Блюз поребриков по венам, страница 55 – Анна Рудианова, Елена Третьякова

— Раз они смогли выйти так далеко, значит, контур разорван, – Василиса взволнованно вскочила и зашагала по кабинету. Острые каблучки зацокали по паркету. Цок-цок, словно гвозди в гроб адекватности и здравого смысла.

Хозяин кабинета и по совместительству «целый доктор наук» (не хватало мне ещё ополовиненного!) кивнул:

— Да. Вчера пришлось активировать силу Армиллярной сферы.

Я сделал себе на памяти зарубку: узнать у Василисы, что это ещё за фигня. Будет ли молот Тора и паутина Человека-паука?

— Надолго её хватит? – зараза блондинистая остановилась около якута и прищурилась на банку с мерзостью. Озабоченно спросила: – Много там накопилось?

— Дня на четыре-пять максимум.

— Надо смотреть и Дизверко докладывать. Сегодня музей закрыли?

— Да, санитарный день же. Последний вторник месяца, – вставая из-за стола, пояснил Андрюша.

— Повезло.

— Можно и так сказать.

— Так! А что это за контур? Какой он? Из чего? И кто его порвал? – как бы мне не было странно это признавать, но психика, стараясь откинуть всю услышанную дичь про лепреконов, ангелов и русалок, не подавляла работу мозга. Уж он-то продолжал работать в штатном режиме, что, наверное, было даже плохо. Уж лучше б уже отключился. Проще сойти с ума, чем копаться в этом… паранормальном.

Василиса открыла было рот, то ли хотела что-то пояснить, то ли намеревалась на меня шикнуть, но Андрюша её опередил.

— Что этот контур такое, не скажу. Я его вовсе не вижу, только чувствую холод, если подойду ближе. Но штука полезная и супермощная!

— Я его вижу как голубую нитку на земле. Ну или не на земле, – блондинка улыбнулась. Хотя я совершенно ничего веселого пока не заметил. Только если они все вместе смеялись надо мной.

— Конкретнее, – я посмотрел на Василису как можно строже. А она распахнула глаза свои голубые и быстро принялась пояснять:

— Контур проложен под землёй. Он энергетический. Я его вижу и чувствую, могу пересечь его, выйти и войти. А для духов он непреодолим: все, кто сидят внутри, там и останутся, кто снаружи – внутрь не попадут, – отрапортовала напарница, не мигая и не сбиваясь.

Со стороны Андрюши послышалась реплика: «Силён», но к чему она относилась, я не стал уточнять. Сейчас надо по горячим следам выяснить максимум деталей. А эмоции все потом.

— Как его можно порвать?

— Так вот это как раз проще простого, – якут развёл руками, и я перевёл на него своё внимание. – Так как контур можно видеть или, в моём случае, чувствовать, у нас есть его чёткие границы на карте города. Он небольшой, третий же был в защитном комплексе. Краем задевает зоологический музей, но там мирные зверушки живут, им контур не нужен. А вот на задворках музея кто-то в последнее время, примерно с конца августа, повадился воровать крышки люков канализационных. Одну упрут, новую поставят и так по кругу. А в воскресенье туда наш местный маргинал Митяй попал. Шёл поутру подшофе, не увидел дыры и рухнул прямо внутрь. МЧС вызывали, доставали бедолагу. Потом коммунальщики приехали, лазали в канализацию, дорожные службы следом перекопали улицу поперёк. Ну и задели, видимо, наш контур. Без согласования же всё.

— Как обычно, – Василиса нервно постучала каблуком по полу и уже готова была бежать. Куда, мне неясно, но в глазах загорелся фанатичный блеск.