Книга Лаванда для императора 1, страница 4 – Ксения Никонова, Наталья Фирст

— Что-то случилось?

— Случилось, — передразнила меня Джина, чем неожиданно вывела мачеху из себя.

— Оставь нас, Джорджина! — нервно рявкнула та. — Выйди!

— Но маменька! — непривычная к такому обращению сестрица растерялась.

— Выйди! — резко повторила приказ графиня.

Я буквально остолбенела. При мне Мирабелла мон Фера повысила голос на обожаемую дочурку? Однако…

Джина фыркнула и выскочила из комнаты. Когда дверь за ней закрылась, мачеха нервно отбросила веер. Тот упал на ковер, чуть не долетев до камина.

Я не стала его поднимать. Я вообще не понимала, как реагировать на происходящее. А потому предпочла стоять и молчать.

Мачеха схватилась за нюхательную соль, тут же швырнула ее обратно, вскочила с кресла и прошлась по комнате, нервно заламывая пальцы.

— Тиана, — заговорила она, когда я уже почти потеряла терпение, — я всегда была добра к тебе, несмотря на твое происхождение.

Я поперхнулась воздухом. Ко мне были добры? Вот так откровение. Интересно, а почему я не заметила?

— Дети не должны отвечать за ошибки своих родителей, — со скорбным видом продолжила графиня. — Тебя не выкинули на улицу и оставили в семье. А после отдали на обучение в прекрасное место. Знаешь, в какую сумму обошлось нам твое пребывание в пансионе?

Я лишь пожала плечами. Не знаю и знать не хочу. Мачеха вновь не дождалась ответа.

— Но я не жалею о потраченных деньгах, доченька. Для благородной девицы важно хорошее воспитание.

Я сама не заметила, как сжала руки в кулаки. Ногти впились в ладони. Сразу вспомнились розги и ласковые-ласковые лица наставниц. Все, что ниже спины, вспыхнуло фантомной болью. Я с трудом изобразила милую улыбку и присела в книксене.

— Благодарю вас, матушка.

Что-что, а лгать и кланяться нас учили. Идеально выверенные поклоны. Идеально разыгранное лицемерие. Идеальные улыбки, скрывающие ненависть. Я была хорошей ученицей.

— Настало время вернуть дочерний долг.

Мачеха остановилась передо мной.

Так я и думала, что-то ей от меня очень понадобилось. И это что-то не брак. Не стала бы она подлизываться, чтобы объявить о том, на что папенька и так имеет полное право.

Я подобралась, чуть приподняла брови, но спрашивать ни о чем не стала. Вот еще. Ей надо, пусть сама и рассказывает.

Мирабелла, в очередной раз не дождавшись вопроса, поморщилась, но быстро улыбнулась и огорошила меня:

— У нас случилась неприятность, Тианочка. Император-дракон заявил право первой ночи.

Мачеха кивнула на столик, где лежал вскрытый конверт с императорским гербом.

Что? От неожиданности я закашлялась. Нет, все знали, что император мог потребовать к себе невесту любого из благородных родов, если хотел убедиться в лояльности главы этого самого рода. Только подобного не случалось очень и очень давно.

— Право… первой ночи? — Выговорила я с трудом. — На меня? Но я же не наследница рода. Я всего лишь…

Мачеха меня перебила:

— Его Императорское Величество потребовал Джорджину. Бедная моя девочка! — В руках Мирабеллы словно сам собой появился платок. Дорогая ткань промокнула несуществующую слезинку. Мачеха шумно вдохнула. — Ты должна исполнить свой долг, Тианочка. Ты должна поехать в столицу вместо сестры! На наше счастье, вы с Джиной так похожи. Никто не заметит подмены.

Что? Я не ослышалась? Мне предлагается лишиться невинности, лечь в постель императора, чтобы спасти Джину? Это называется дочерний долг? Да ни за что!