Книга Я мечтала о пенсии, но Генерал жаждет спарринга, страница 95 – Е. Лань

— За Генерала! — крикнул Ма-Донг.

Зал наполнился гулом одобрения. Страх ушел, на его смену пришла злость.

*******************************************

Позже, в спальне.

Я осталась одна.

Адреналин, который держал меня на ногах, начал отступать.

Я опустилась на пол, прижимая к себе тяжелый меч Хасо.

Свитки с доказательствами предательства Мина лежали на столе. Теперь они были бесполезны. Если я выйду с ними — меня убьют до того, как я дойду до Дворца. Мин объявит меня сумасшедшей или предательницей.

Я в ловушке.

Мой муж, возможно, мертв.

Мой дом в осаде.

Я прижалась щекой к холодным ножнам.

— Хасо... — прошептала я. — Ты обещал. Ты обещал вернуться и допить чай. Ты не можешь вот так уйти под лед. Ты же плаваешь как топор... О боги, ты плаваешь как топор!

Слезы хлынули потоком. Горькие, жгучие слезы отчаяния.

Я вспомнила нашу ночь в лодке. Фонарики.

"Я пожелал, чтобы эта ночь длилась вечно".

— Ты идиот, — рыдала я, раскачиваясь из стороны в сторону. — Какой же ты идиот. Зачем ты послушал мой совет про лед? Если бы не я... ты бы придумал что-то другое. Это я убила тебя.

Чувство вины накрыло меня черной волной.

Это я дала ему эту стратегию. Я думала, это спасет его, а враги использовали это как ловушку.

Я переиграла саму себя.

Вдруг я почувствовала что-то твердое под одеждой.

Медальон «Теневого Лотоса».

Я вытащила его. Змея, кусающая хвост.

Бесконечный цикл.

Злость начала вытеснять горе.

Нет. Я не буду плакать.

Если он мертв — я отомщу. Я сожгу Мина, сожгу Туг-Лу, я сожгу весь этот мир.

А если он жив... он где-то там. Раненый. Замерзший. Один.

Он ждет меня.

Я встала и вытерла лицо рукавом.

— Сун-и! — позвала я.

Служанка вошла, дрожа от страха.

— Да, Госпожа?

— Неси ножницы.

— Зачем?

— Этот подол. — Я пнула пышную юбку ханбока. — Он мешает ходить. И эти рукава. Отрежь их.

— Но это же парча...

— Режь!

Сун-и дрожащими руками обрезала подол моего платья, превратив его в подобие туники.

Я сорвала с себя украшения. Шпильки, кольца, ожерелья. Все полетело на пол.

Оставила только одну. «Спящего Тигра».

Я подошла к зеркалу и отрезала волосы. Они торчали неровными прядями. Бледное лицо с красными глазами. Одежда в лохмотьях.

В руке меч.

Больше не было Леди Юн Соры.

Пенсионерка умерла.

Из зеркала на меня смотрел Кровавый Вихрь.

— Тэ-О, — сказала я в пустоту, зная, что он слышит.

— Да, Госпожа.

— Готовь прорыв.

— Прорыв? Куда?

— На Север.

— Но дом... осада...

— Дом — это стены. Пусть Мин забирает камни. Мне плевать. Мой дом — там, где мой муж.

— Мы едем искать его. Живого или мертвого.

— Это безумие, Госпожа. Дороги перекрыты. Зима. Война.

— Значит, мы пройдем сквозь войну.

Я вложила меч в ножны и пристегнула его к поясу. Он был тяжелым, но теперь эта тяжесть казалась мне необходимой.

— Собирай лучших. Готовь коней и припасы. Мы уходим на рассвете, пока Мин будет ломать ворота. Мы выйдем через тайный ход.

— Как прикажете... Генерал.

Тэ-О впервые назвал меня так. Не «Госпожа», а Генерал.

Он признал меня.

Я посмотрела на разбитое окно, за которым кружил снег.

— Жди меня, Хасо. Я иду. И я очень, очень зла.

Арсенал поместья Чон в предрассветный час был, пожалуй, самым холодным местом в Империи. Камень стен вытягивал тепло из тела быстрее, чем зимний ветер.