Книга Самая длинная ночь в году, или В объятиях Зверя, страница 34 – Ани Марика

Приходится немного попотеть и несколько раз сходить за снегом, чтобы хотя бы наполовину наполнить эту деревянную ванну.

Справившись с поставленной задачей, быстро раздеваюсь и, подхватив мочалку вместе с мылом, с блаженством окунаю озябшие кости. Откинувшись на спинку лохани, прикрываю глаза. Что для счастья одной неунывающей попаданки нужно?

Нащупав тонкие невидимки, снимаю фальшивые и изрядно потрёпанные пряди искусственных волос, которые мы с Нинкой добавили к моим для объёма. И ведь за эти дни ни одна не выпала. Скомкав их, бросаю возле лохани, потом выброшу или сожгу в печи.

Долго валяюсь в горячей воде, намыливаю телеса, промываю разными отварами волосы. Не хочу выбираться из своего маленького уединённого рая. Но живот бурлит, напоминая и о другой потребности организма. Поэтому нехотя встаю. Обтираюсь и заворачиваюсь в простыню.

Дёргаю ширму и, вскрикнув, заваливаюсь назад. Гор успевает перехватить за талию и не дать упасть обратно в лохань.

— Ты подсматривал?! — возмущённо упираюсь кулаками в голую грудь.

— Больно надо, — фыркает неандерталец, продолжая удерживать. — Проверял, не утонула ли.

— Меня уже можно отпустить, — передёргиваю плечами, чувствуя через тонкую простынку просыпающуюся часть тела одного верзилы. — И мы вроде договорились, что ты днём одеваешься. Кому мы портки покупали?

— Помыться поможешь? — меняет тему неандерталец.

— Вот ещё! Сам себе помогай, — фыркаю, вкладывая силы и отталкивая. — И вообще, я есть хочу.

— Хочешь есть — заработай, — ставит условие Гор и губы кривит в наглой ухмылке.

— Я уже заработала! Прибралась, полы подмела и печь растопила.

— Это ты сделала для себя, — басит, продолжая прижимать к себе. — Можешь сходить поохотиться. В лесу живности много.

— Ладно. Иди на охоту, а я пока снега растоплю для тебя. Такая помощь подойдёт? — сдаюсь нехотя.

— Годится, — кивает удовлетворённо и, наконец, отпускает меня.

— Кстати, спасибо за толчок! — кричу в спину удаляющемуся здоровяку. — Было бы совсем замечательно, если бы ты ещё баньку пристроил.

— Слишком многого хочешь, Зараза, — бурчит Гор и исчезает с поля зрения.

Варвар доморощенный. Ну и ладно, главное — начало положено. Он вон даже помыться захотел. Уже прогресс. Вылепим из неандертальца нормального человека.

Пока мужчины нет, быстро переодеваюсь в сухое и чистое. Сушу волосы возле печи. Жаль, расчёски нет. Приходится просто подвязать их ленточкой и спрятать под платок, чтобы не мешались и не лезли в глаза.

Немного отдохнув, вычерпываю из деревянной ванны грязную воду. И начинаю вновь таскать снег. Чувствую, к вечеру всё тело будет болеть от напряжения. Проклинаю проклятого князя. Даже представляю, как утоплю его в этой маленькой лохани.

Гор возвращается, аккурат когда я выливаю последний чайник кипятка. Заносит очередную курицу, благо уже ощипанную. Ладно, топить не буду. Взмахом руки выпускает голубовато-белую магию и, создав стол, кладёт дичь на него.

— Спасибо. А я для тебя воду нагрела, — добродушно улыбаюсь, подбираясь к мёртвой тушке.

— Не трогай, опять сожжёшь, — рычит мужчина.

— Я сырое, знаешь ли, есть не могу, — обиженно бурчу, скрещивая руки на груди.

— Сам приготовлю. Топай давай. Мыться будем, — и улыбается опять скабрёзно. Где там сковородка? Очень нужно огреть одного неандертальца.