Книга Ненужная жена ледяного дракона. Хозяйка проклятой лечебницы, страница 34 – Диана Фурсова

— Госпожа? — Лисса тут же подняла голову.

Вера сжала пальцы.

— Ничего.

В этот же миг по стене бывшей бельевой пробежала тонкая серебристая линия. Она прошла от пола к окну, задержалась на старой трещине у рамы, затянула её мерцающей пылью и погасла. Дом не пугал. Предупреждал.

Вера подошла к окну.

С высоты второго этажа двор был виден почти целиком. За два дня его успели расчистить лишь наполовину: от крыльца к воротам шла широкая тропа, у сарая лежали аккуратные поленницы, возле конюшни Орсен с Севином укрепляли перекосившийся навес. Под северной стеной дымились два больших котла для стирки, рядом Нила развешивала выстиранные полотна на верёвках, протянутых между столбами. В старой караульной, которую Вера велела проветрить и обогреть, теперь были тёплые комнаты для путников: не роскошь, но чистый пол, лавки, одеяла и миска горячей еды вечером.

Всё это было ещё шатким, временным, бедным. Но оно уже работало.

А за воротами стоял отряд.

Не деревенские с факелами. Не люди старосты. Не возчик с мукой.

Десять всадников в тёмных плащах. Две лёгкие кареты. Знамя с драконом, сомкнувшим крылья вокруг башни. Упряжь, оружие, меха, порядок. Столичная власть на фоне северного снега выглядела особенно чужой — гладкой, дорогой и холодной.

Впереди сидел на чёрном коне мужчина с серебристыми волосами.

Вера узнала его прежде, чем чужая память успела ударить.

Каэль Рейнар.

Её муж.

Человек, который подписал приказ и отправил её сюда умирать красиво, тихо и желательно без свидетелей.

Лисса подошла к окну и побледнела.

— Герцог.

Слово прокатилось по комнате быстрее ветра.

Тим выронил полотенце. Мира замерла рядом с ним, а её метка едва заметно вспыхнула под рукавом новой тёплой кофты, которую Лисса перешила из старой шали. Девочка сразу спрятала руку за спину.

Вера это увидела.

— Мира, — сказала она спокойно, хотя внутри всё сжалось, — иди с Тимом в зал ремёсел. Не прячься в кладовке, не беги в старое крыло и не подходи к окнам. Сядь там, где люди.

— Он меня заберёт? — спросила девочка.

В комнате стало тихо.

Вера посмотрела на двор. Каэль не спешил приближаться к воротам. Будто ждал, что они сами распахнутся перед ним, как перед хозяином.

— Нет, — сказала Вера. — Не так.

— Это значит «нет» или «может быть»?

Умный ребёнок. Слишком рано научившийся слышать щели в обещаниях.

Вера повернулась к ней.

— Это значит: я не отдам тебя по приказу, который мне не показали, людям, которым я не верю, и мужчине, который привык решать за всех. Но ты должна слушаться. Сейчас твоя задача — быть среди своих и не давать страху командовать ногами.

Мира кивнула.

Тим молча протянул ей руку. Девочка взяла её не сразу, но всё-таки взяла. Они ушли по коридору быстро, почти бесшумно.

Лисса смотрела на Веру с тревогой.

— Госпожа, ворота…

— Что с ними?

— Они открываются для крови Рейнаров?

Вера опустила взгляд на своё кольцо. Камень внутри был тёмно-синим, но в глубине дрожала серебряная искра. Такая же, как в конце прошлой ночи на стене кухни, где проступили слова Северного Очага.

— Скоро узнаем.

Она вышла из бельевой и пошла вниз.

Дом реагировал на каждый её шаг. Не громко, не ярко. Но ощутимо. На лестнице оттаяла ещё одна ступень. В холле зажглась сама собой лампа, хотя масла в ней утром не было. Дверь в старую гостиную, где теперь устроили зал ремёсел, приоткрылась, выпуская запах дерева, ткани и горячего клея из рыбьих костей, которым Ран скреплял рамы. Вера остановилась у проёма.