Книга Ненужная жена ледяного дракона. Хозяйка проклятой лечебницы, страница 27 – Диана Фурсова

— И возвращаются они часто?

Марфа закрыла глаза.

Ответ не понадобился.

Вера повернулась к окну.

— Открывайте.

Балдор рванулся к ней.

— Вы не имеете права!

Орсен встал у него на пути. Молча. Просто встал. Ран сделал шаг рядом. Нила, вся ещё в муке от лепёшек, взяла со стола скалку и так крепко сжала её в руках, что Варна испуганно отступила.

— Уберите этих людей, — процедил Балдор. — Вы забыли, кому служите?

— Лошадям, — спокойно сказал Орсен. — Они честнее.

Марфа всё ещё не двигалась.

Вера подошла к ней ближе.

— Вы боитесь за дом?

— Да.

— За меня?

— Не обольщайтесь, госпожа.

— За Тима?

Марфа дёрнулась.

Тим стоял в дверях кухни, не прячась. Его взгляд был прикован к светящейся ладони за стеклом. Вера вдруг поняла: этот мальчик не просто боится меток. Он знает цену молчанию вокруг них.

— Марфа, — сказала Вера уже мягче, — если дом действительно когда-то защищал таких, как она, он должен сам выбрать. Но я не стану испытывать его, оставив ребёнка за окном.

Ключница тихо выругалась, подошла к окну и сняла задвижку.

Рама открылась с трудом. Снег ворвался в кухню, несколько свечей погасли, Лисса прикрыла детей. Вера наклонилась и протянула руки.

— Давай.

Девочка колебалась лишь мгновение. Потом ухватилась за подоконник, попыталась подтянуться, но силы явно кончились. Вера подхватила её под мышки, Ран помог с другой стороны, и ребёнка буквально втащили в кухню.

Она оказалась легче, чем казалась. Почти невесомая. Вера поставила её на пол, сняла с плеч свой платок и укутала девочку, не касаясь светящейся метки.

— Как тебя зовут?

Девочка смотрела на неё огромными серыми глазами.

— Мира.

— Одна?

Мира кивнула, потом тут же покачала головой.

— Была с тёткой Нессой. Она сказала бежать к старому дому, если они придут. Сказала, тут раньше не отдавали.

Слова ударили по кухне сильнее любого крика.

Марфа отвернулась к окну.

Балдор произнёс с ледяной яростью:

— Её надо немедленно вывести.

Мира вжалась в Веру.

Не обняла, не спряталась за юбку — просто стала ближе, как к единственной стене между собой и теми, кто шёл с факелами.

Вера почувствовала, как тонкое плечо дрожит под её ладонью. И вдруг злость стала совсем другой. Не горячей, как раньше, а холодной, точной. Такой злостью можно было не кричать, а строить стены.

— Никто её не выведет.

— Это прямое нарушение северного уложения, — сказала Варна.

— Покажите мне уложение.

— Оно хранится в архиве рода Рейнаров.

— Удобно.

Балдор рванулся к двери.

— Тогда я сам приведу тех, кто имеет право.

Ключи в руке Веры звякнули.

Главная дверь холла захлопнулась.

Глухо.

Так, будто дом поставил печать.

Балдор остановился.

— Откройте.

Вера даже не шелохнулась.

— Я не закрывала.

— Марфа!

Ключница медленно подняла бровь.

— А я тем более.

Снаружи раздались голоса. Мужские. Грубые. Факелы уже двигались не за окном, а вдоль стены к главному входу. Через несколько ударов сердца в дверь постучали — не просьбой, как путники, а требованием.

— Открыть именем старосты Нижних Сосен и печати герцога Рейнара!

Лисса ахнула.

— Староста Гарт.

Ран выругался под нос.

Вера посмотрела на них.

— Он ваш староста?

— Наш, — ответила Лисса. — Но не наш человек.

— Что это значит?

— Смотрит всегда туда, где сильнее кошель.

Балдор резко повернулся.

— Довольно деревенских сплетен!