Книга Двор Опалённых Сердец, страница 359 – Элис Нокс

Алистор поднял свободную руку, потому что вторая держала меня – и голос прозвучал спокойно, властно, не терпящим возражений:

— Не сейчас, Отец.

Король замер, словно земля ушла из-под ног.

Стража замерла, копья зависли в воздухе. Все замерли, словно время остановилось, повинуясь этому единственному слову.

Отец.

Слово повисло в воздухе, тяжёлое, невозможное, раскалывающее реальность пополам.

Король смотрел на Алистора – потрясённо, недоверчиво, как будто увидел мёртвого, вернувшегося из могилы:

— Отец? – повторил он хрипло, и голос дрогнул, треснул, потерял всю свою силу. – Ты… ты назвал меня… Отец? Ты… Лис?

Имя слетело с губ как молитва, как проклятие, как надежда, в которую он боялся поверить.

Алистор не ответил. Он шагал вперёд, двигаясь к выходу из зала – стремительно, решительно, не оглядываясь, словно каждая секунда была на счету.

Оберон шёл рядом, держась за его плечо, хромая на раненую ногу, оставляя кровавые следы на отполированном мраморе, но не отставая ни на шаг, лицо бледное как смерть, губы посинели, но взгляд твёрдый.

Король сделал шаг вслед за нами, и я увидела его лицо – боль, такую глубокую, что она искажала черты, шок, надежду, страх, всё смешалось в одно:

— Стой! – закричал он, и голос сорвался, стал отчаянным, почти умоляющим. – Алистор! Я требую объяснений!

Алистор обернулся – всего на секунду, но я увидела его лицо. Серебряные глаза полыхнули яростью, болью и чем-то ещё – отчаянием, что он пытался скрыть, но не мог.

— Объясню потом, – бросил он коротко, каждое слово как удар. – Сейчас у меня нет времени. У неё нет времени.

Он вышел из тронного зала, и я почувствовала, как король смотрит мне вслед.

Взгляд обжигал, пронзал, узнавал.

Я видела, как он замер, как рука поднялась, потянулась за нами, но не решилась удержать.

Мы пошли по длинному, тёмному коридору, увитому лозами и светящимися цветами, что распускались в полумраке. Запах усилился, стал плотнее, теплее, обволакивая как одеяло. Под ногами Алистора расцветали хризантемы, астры, последние розы осени, оранжевые и багряные, светящиеся изнутри мягким золотым светом. Над головой кружились листья – золотые, медные, багровые – падали медленно, беззвучно, светясь как угли костра.

Магия узнавала меня.

Я чувствовала это – как она тянулась ко мне сквозь стены, сквозь воздух, касалась кожи невидимыми пальцами, шептала приветствие, что я не слышала, но узнала сразу.

«Дитя Осени.»

«Вернулась.»

«Наконец-то вернулась домой.»

Коридор закончился, массивные дубовые двери распахнулись сами, и мы вышли наружу.

Сад.

Я перестала дышать.

Огромный, дикий, древний, он простирался до горизонта – лес, ставший садом, или сад, ставший лесом. Деревья росли вплотную друг к другу – дубы, клёны, ясени, их стволы толщиной с колонны дворца, кроны переплетались над головой, создавая золотой полог, сквозь который пробивались лучи заходящего солнца. Стволы увиты плющом и виноградной лозой, усыпанной последними гроздьями тёмного винограда, что светились как драгоценные камни. Земля устлана опавшими листьями, что шуршали под ногами, светились на солнце медным и золотым огнём.

Воздух был тяжёлым, влажным, живым, почти осязаемым. Он касался кожи как ласка, проникал в лёгкие, наполняя магией, что пульсировала в такт моему слабеющему сердцебиению.