Книга Двор Истлевших Сердец, страница 244 – Элис Нокс

Они выстроились полукругом позади Рианны — молча, синхронно, как части единого организма, — и никто не произнёс ни слова. Просто стояли и смотрели на меня с одинаковым выражением лиц: восторг, смешанный с благоговением и чем-то голодным, ожидающим.

Рианна повернулась ко мне, и улыбка стала шире, в ней появилось что-то материнское, тёплое, если бы не безумный, лихорадочный блеск в глубине зрачков.

— Я невероятно рада, дочь моя, — продолжила она, и голос зазвенел от искреннего, неподдельного восторга, — что всё вышло именно так. Что ты сама, по собственной воле, по велению своего сердца, отдала нам в жертву своего фейри.

Пауза, и глаза сузились, в них плеснула хищная радость.

— Да ещё и короля! Короля Осеннего Двора!

Она рассмеялась — звонко, радостно, и звук отразился от сводов пещеры, многократно усилился, наполнил пространство до краёв.

— О, Мейв! Ты даже не представляешь, не можешь даже вообразить, какой подарок преподнесла нам всем! Какое невероятное, поистине божественное благословение!

Рианна развела руки в стороны, обращаясь теперь не только ко мне, но и к сёстрам, что стояли за её спиной, к пещере, к самой земле под ногами.

— Король Осеннего Двора! Носитель одной из древнейших кровей фейри, что текут в этом мире! Магия, что пульсирует в его жилах, старше, чем сама эта земля, глубже, чем корни самых древних деревьев! Сильнее, чем всё, что мы пили, что впитывали за последние столетия!

Голос повысился, стал почти экстатичным, наполнился такой силой, что казалось, слова обретают физическую форму, висят в воздухе.

— Его жертва напитает землю так, как не питала ни одна жертва прежде! Его кровь, пролитая на священный камень, усилит магию нашей общины на десятилетия, может быть — на столетия вперёд! Его смерть станет величайшим даром, величайшей почестью, что мы когда-либо получали от Богини!

Она шагнула ближе, и глаза горели ярче, безумнее, в них плескалось что-то нечеловеческое, древнее.

— А ты, моя дочь, моя драгоценная, долгожданная наследница, принесёшь его в жертву сама. Своими руками, своей волей, в ритуале посвящения, что сделает тебя не просто одной из нас, а величайшей из всех, кто носил имя лианан ши.

Рианна протянула руку, коснулась моей щеки — нежно, почти ласково, но пальцы были ледяными и обжигающими.

— Большего подарка, большего благословения ты не могла нам дать, Мейв, — прошептала она, и в голосе была такая искренняя, глубокая благодарность, такая непоколебимая гордость, что от неё хотелось закричать, разорвать эту тишину, разрушить этот кошмар. — Поистине, это чудо. Ты превзошла все мои ожидания, все мои надежды, что я возлагала на тебя с того самого дня, как поняла, что ношу тебя под сердцем.

За её спиной сёстры закивали в унисон — механически, синхронно, как куклы на одной нити, — и на лицах было то же выражение: восторг, благоговение, нетерпеливое ожидание.

— Верховная Мать права, — произнесла Хельга, и голос её звенел от такой неподдельной радости, что мурашки побежали по коже. — Это величайший дар за всю историю нашей общины! Мы так благодарны тебе, Мейв! Так безмерно благодарны!

— Богиня благословила нас через тебя, — подхватила Нори, и руки сложились в молитвенном жесте, прижались к груди. — Послала тебя к нам, чтобы ты привела короля. Чтобы его сила, его древняя магия стала нашей, влилась в землю, питала нас.