Книга Двор Истлевших Сердец, страница 223 – Элис Нокс

— Лианан ши питается эмоциями и энергией, — объясняла одна из них, высокая женщина с седыми прядями в тёмных волосах и глазами цвета мха. — Мы дарим радость, эйфорию, зависимость. Это наша природа. Но можно контролировать силу влияния. Брать понемногу, не высасывая жизнь полностью. Не делать человека рабом, одержимым нами до безумия. Это сложнее, требует контроля и самодисциплины, но возможно.

Она протянула руку, и золотая нить магии потекла из пальцев, обвила девушку рядом — молодую, с веснушками на носу. Та улыбнулась блаженно, расслабленно, прикрыла глаза, но не обмякла, не потеряла сознание, не потянулась к женщине с безумным желанием в глазах, как те, кого я трогала раньше.

— Видишь? — сказала женщина, и в голосе была гордость. — Она чувствует приятное тепло, лёгкость, но остаётся собой. Контролирует себя. Я взяла немного энергии, дала взамен спокойствие и радость, но не создала зависимость. Не сделала её одержимой. Это ключ — знать меру.

Я протянула руку к Хельге, которая добровольно подошла. Золото потекло из пальцев, обвило её, и я почувствовала поток — её энергию, тёплую и живую, манящую. Инстинкт кричал: бери, тяни сильнее, но я сдержалась. Взяла немного, только поверхность, и отдала взамен тепло и спокойствие.

Хельга довольно вздохнула и улыбнулась.

— Приятно, — призналась она, и щёки порозовели. — Как будто обнимают изнутри. Но не... не тянет к тебе. Не хочется больше. Просто приятно.

Я убрала руку. Внутри мелькнуло удивление — это сработало. Без боли. Без разрушения. Без той безумной зависимости, что я видела в глазах стражников, когда сбегала от Рована.

Может, они правы. Может, лианан ши не обязаны быть монстрами, делающими людей рабами.

* * *

Пятый день девушки позвали к реке — купаться, плести венки из цветов, которые росли на берегу.

— Это традиция, — объяснила Нори, опускаясь на тёплые камни, нагретые полуденным солнцем. — Каждую неделю мы приходим сюда. Отдыхаем от дел, просто... существуем.

Они смеялись, брызгались водой, и я сидела на берегу, смотрела, как солнце играет на поверхности реки, как цветы плывут по течению, унося венки, которые девушки бросили, загадывая желания.

Хельга села рядом, и её плечо коснулось моего.

— Знаю, сейчас больно, — сказала она негромко, и рука легла на мою, сжала. — Но пройдёт. Обещаю. Время лечит. Даже такие раны.

Я не ответила, просто смотрела на воду. Внутри грызла тоска, не давала забыть — его глаза, янтарные, горящие. Его улыбка, редкая, но такая тёплая, когда появлялась. Его упрямство, когда отказывался оставить меня, даже когда я требовала.

Хотелось забыть.

Но не получалось.

Хельга сунула мне в руки охапку синих цветов — колокольчиков, нежных, с тонким ароматом.

— Плети венок. Загадаешь желание, бросишь в воду — сбудется.

Я посмотрела на цветы, потом на неё.

— Серьёзно?

— Абсолютно! — Она плюхнулась рядом на тёплые камни, скрестила ноги. — У меня сработало. Загадала, чтобы Киан храпеть перестал — через неделю Нори дала ему зелье. Теперь тишина!

Она засмеялась, брызнула на меня водой, и капли блестели на солнце, как хрустальные бусины.

Я попыталась улыбнуться. Не вышло.

Сплела кое-как — пальцы путались, венок получился кривой, некрасивый, цветы торчали в разные стороны.

Загадала: Пусть метка сотрется окончательно. Пусть я забуду.