Книга Серебряная Элита, страница 209 – Дани Франсис

— Мне доверять можно, – говорю я, сворачиваясь у него под боком. – В основном.

Он фыркает:

— Ну да, «в основном»!

— Угу. По большей части ты можешь мне доверять. – Провожу ладонью по его скульптурной груди, наслаждаясь тем, как он вздрагивает от прикосновения. – Можешь быть уверен, что я тебе не вру. Иногда.

— Как благородно с твоей стороны! – И он смеется, но как-то невесело.

Мои пальцы пляшут по его телу, дразнят рельефные мышцы живота, очерчивают завораживающую стрелку черных волос, указывающую вниз.

— И можешь быть уверен, что со мной тебе будет хорошо!

— Точно?

— Угу…

Губами я следую за рукой и наконец нахожу его член, затвердевший, горячий, нетерпеливо ждущий меня. Обхватываю его губами – за это меня вознаграждает тихий стон.

В глубине сознания меня мучит подозрение, что мы с Кроссом приближаемся к точке невозврата. Еще немного – и уже не удастся повернуть назад. А потом этот теплый кокон, в котором я прячусь от всего мира, лопнет и разнесет все вокруг.

Но это потом. А сейчас я гоню сомнения и выбираю хрупкую иллюзию счастья.

— Это что, свидание? – вылетает у меня прежде, чем успеваю себя остановить.

На миг надеюсь, что за ревом мотора, шумом винтов и воем ветра со всех сторон он меня не расслышал. Однако Кросс смеется, и я чувствую, как от смущения кровь приливает к щекам.

— Нет, – отвечает он, взглянув на меня через плечо.

— Тогда почему я в платье?

— Разве я просил тебя надеть платье?

Я запинаюсь, вдруг сообразив, что нет, не просил. Сказал только, что мы куда-то полетим и форму надевать не обязательно.

Я пытаюсь подавить стон, но неудачно.

— Вот черт! Значит, я сама вообразила, что у нас свидание?

— Это нормально, Голубка. Ты не первая.

Он ободряюще похлопывает меня по руке, а я отвечаю свирепым взглядом.

Мои внутренности совершают цирковой кульбит, когда вертолет вдруг резко ныряет влево, а затем выравнивает курс. Предзакатное солнце медленно плывет к горизонту по розово-оранжевым небесам. Вид чудесный. Кажется, мы пролетаем над Округом S, и я невольно поворачиваю голову на запад. Сердце сжимается от тоски по родным местам. По ранчо. По моей лошади.

— Скучаешь? – говорит Кросс, словно прочитав мои мысли.

— Скучаю. – И я с трудом отвожу взгляд.

Не знаю, куда Кросс меня везет, но и не жалуюсь: всегда приятно улизнуть с базы не по заданию, а чтобы поразвлечься. Еще приятнее, когда он накрывает мою руку своей, загрубелыми подушечками пальцев гладит костяшки.

Я наклоняю к нему голову:

— Что это ты делаешь?

— Трогаю тебя за руку. А что, нельзя?

— Можно… наверное.

Он смотрит в сторону и, кажется, борется с улыбкой. А мое сердце выделывает в груди какие-то сумасшедшие скачки и кувырки через голову. Дурацкий танец.

Закусив губу, неотрывно смотрю на чеканный профиль Кросса. Столько хочется ему сказать! Но я заставляю себя придерживаться фактов.

«Ты мой враг.

Твой отец меня ненавидит.

Ты бы убил меня, если бы знал, кто я.

У нас не может быть будущего.

Мы никогда не будем вместе».

Убираю ладонь из-под его ладони, складываю руки на коленях – и больше на него не смотрю, хоть и очень хочется.

У посадочной площадки нас ждет автомобиль с открытым верхом. Мы мчимся по дороге, и ветер развевает мне волосы. Снимаю с запястья резинку, чтобы собрать волосы в хвост, но Кросс говорит: