Книга Рейтузы для дракона. Заклинание прилагается, страница 31 – Аллу Сант

Потому что сейчас передо мной совершенно точно, стояла магичка способная ходить по снам. Редкий дар, очень редкий. Честное слово я бы заинтересовался, если бы у меня было намерение жениться и обзаводиться драконятами, потому что дар прекрасно передавался по женской линии. Но у меня таких намерений не было. Так что мне срочно надо было что-то придумать.

Я моргнул. Потом второй раз. Потом — не моргнул вовсе, а просто застывшим взглядом оценил ситуацию: в спальне — женщина, под накидкой — ровным счётом ничего, а в воздухе витает намерение такого уровня, что себя брачные сети уже готовятся опутать меня с ног до головы.

А я… я был в капкане. В роскошном, ароматном, с изящными скобами капкане.

Но всё же капкане.

Спокойно. Ты — дракон. У тебя — мозги. У неё — голая уверенность. Используй преимущество.

Я медленно, очень медленно выдохнул и сменил тон. С предельной мягкостью, почти с восхищением:

— Признаюсь… если бы кто-то когда-либо спросил, как выглядит искушение, от которого не отмахнуться — я бы показал на тебя.

Она чуть склонила голову. Капюшон плавно соскользнул с плеч. Взгляд — затаённый. Ловит каждое слово.

Хорошо. Продолжаем. Осторожно и медленно.

— Только вот знаешь, — я сделал шаг в сторону, нарочито неспешно, — такие, как ты… не для такого. Ночь, внезапность, беспорядочная страсть — всё это слишком дёшево для той, кто умеет ходить по снам.

Она прищурилась, но не прерывала. Я говорил нежно, но держал дистанцию.

— Ты создана для чего-то большего. Для красивого вечера, длинной прелюдии, медленного соблазнения с вином, музыкой, фразами, от которых на глаза набегают слёзы восторга, а сердце планирует выпрыгнуть из груди.

— А сейчас? — спросила она с лёгким нажимом.

— А сейчас ты ворвалась в сон, где я в рубашке с вышивкой. Без плана. Без вина. Без музыки. Признай, ты достойна большего.

Она сделала шаг. Я отступил.

— Дай мне шанс сделать всё… правильно, — продолжил я мягко. — Назначь вечер. При свете луны. Я даже сам выберу накидку. Но не вот так. Не как очередной сон, от которого потом остаются только запах духов и привкус разочарования.

Она молчала. В ней боролось что-то — желание взять своё здесь и сейчас и желание, чтобы её добивались. Второе, к счастью, взяло верх.

— Значит, позже? — голос всё ещё тёплый, но уже менее настойчивый.

— Именно. Позже. Красиво. По-настоящему.

Она склонила голову, бросила на меня последний, многообещающий взгляд — и исчезла. Просто… растворилась. Без портала. Без звука. Сон схлопнулся, как пузырь.

Я остался один.

Стоя в центре спальни. В ночной рубашке. С бокалом, в котором больше не было вина. И с очень крепким ощущением, что на следующий день мне придётся придушить всех трёх архитекторов, двух магов и переписать все контракты.

Особенно пункты, касающиеся хождения по снам. Даже представить сложно, во сколько мне ещё выльется ментальная защита. Но что поделать.

Утро не принесло радости. Точнее, остатки более-менее адекватного настроения испарились, стоило мне только взглянуть на заголовок столичной газеты. Он без зазрения совести провозглашал, что последний заветный жених империи, то есть я, ещё не был пойман в сети.

От такого заголовка я подавился кофе и швырнул газету в угол. Откуда её и забрал после завтрака.

Несмотря на то, что читать всё это мне было страшно и противно, я не мог себе позволить оставаться без источника информации. Кто знает, что ещё может взбрести в голову императору в его матримониальном безумии.