Книга Уроки любви и предательства (от) для губернатора-дракона, страница 50 – Лера Виннер

Я не хотела думать о причинах, по которым у меня захватывало дух.

— Простите.

Собака притихла, переступила в лохани, как будто заинтересовалась происходящим.

Рейвен улыбнулся снова. Во второй раз. И в первый раз позволил мне это увидеть.

— Мне нравится, как ты это говоришь.

— Как я извиняюсь? — усмешка получилась неровной, а ответ глупым, но я не успела прикусить язык.

— Как ты говоришь мне «ты», — он склонился ближе, и на секунду мне показалось, что для поцелуя.

На деле же он лишь погладил собаку, провёл ладонью по её спине от ушей до хвоста.

— И я хочу, чтобы ты выбрала для неё имя. Надеюсь, времени до завтра тебе хватит?

Впервые за время пребывания в этом доме я проснулась не с вопросом о том, был ли вчерашний день или просто мне приснился, а с радостью.

Быстро одевшись, я сбежала по лестнице и направилась в тёплый чулан рядом с кухней.

Услышав моё приближение, собака подняла голову, окинула меня сонным и вопросительным взглядом уставшего и наконец обретшего покой существа, а я улыбнулась ей, как улыбаются другу.

Сытые, ставшие за ночь даже как будто больше, щенки мирно спали, привалившись к её боку.

Это было так красиво и трогательно, и от этого так веяло настоящим домом, что в горле у меня встал ком.

Накануне все домочадцы лорда Рейвена уже легли спать, а мы возились с собаками до глубокой ночи, а после пили травяной чай в кухне.

Заметно расслабившийся граф рассказывал мне о своей собаке, о борзой, с которой провёл детство и юность.

Он говорил, что не собирался заводить собак снова после потери Стрелы, но раз так сложилось, наши пассажиры останутся в его доме.

Когда мы расходились по комнатам, он не попытался позвать меня к себе или войти в спальню вслед за мной, лишь напомнил, что мне следует подумать над именем хотя бы для матери.

После столь насыщенного событиями и разговорами вечера я провалилась в сон мгновенно, и чувствовала себя даже более счастливой, чем после своей первой овации в Королевском театре.

Даже поданный на завтрак омлет показался мне невероятно вкусным, а Гризелла — особенно симпатичной.

— Леди Хейден, я хотела спросить, — она заговорила со мной, убирая посуду, но, начав, заметно смутилась.

— О чем? — я подбодрила её абсолютно искренней улыбкой.

Девушка опустила глаза, но потом всё-таки взяла себя в руки и сумела взглянуть на меня прямо.

— По поводу собак. Граф Рейвен сказал, что по любым вопросам следует обращаться к вам, и я хотела узнать, если можно… Это ваша личная собака? Или я могу?..

Её щеки зарделись, и я встала, чтобы забрать у неё поднос.

— Ты можешь играть с ней в любое время. Только будь осторожна, мы не знаем её характер.

Сжав запястье Гризеллы, я не спешила отпускать, и почувствовала, как она выдохнула с облегчением.

— Спасибо! Я так люблю собак, а щенки такие маленькие…

Глаза девушки сияли, и я с удивлением подумала, что сейчас, должно быть, выгляжу точно так же.

— Кстати! Граф не сказал мне, как её зовут…

Я нахмурилась, потому что не хотела говорить ей, что у собаки до сих пор нет имени.

Его ведь и правда следовало придумать срочно, раз она сразу же стала общей любимицей.

— Муза. Её зовут Муза.

— Мне кажется, ей очень идёт, — на этот раз Гризелла улыбнулась мне, не сдерживаясь. — Спасибо вам. Я давно не видела, чтобы граф Рейвен позволял себе слабости.