Книга Уроки любви и предательства (от) для губернатора-дракона, страница 39 – Лера Виннер

— Здесь с этим проще, чем в столице.

— Я бы не сказал, — он дёрнул плечом так, словно услышал что-то неприятное. — Опыт показывает, что провинциальные дамы не менее тщеславны. Но более жестоки к соперницам.

— Я не собираюсь составлять конкуренцию ни одной из них, — усталость начинала брать своё, и, подумав немного, я тоже легла поперёк кровати, позаботившись о том, чтобы оставаться укрытой его халатом.

— Я не сказал, что вам нужно делать что-то для этого специально. И это опаснее всего, — Рейвен развернулся, устраиваясь лицом ко мне. — Меня предупреждали, что Мейвен полон сюрпризов, но я отнес эти слова скорее к положению местных дел.

— Весьма прискорбному, надо полагать? — я спросила и только после опомнилась.

Временной любовнице и дочери несостоявшегося мятежника не пристало задавать губернатору подобные вопросы, но он, как ни странно, принял услышанное спокойно.

— И да, и нет. Много казённых денег и правда было растрачено не по назначению. Губернатор Скорен любил дорогостоящие увеселения, так что, думаю, в государственной тюрьме ему придётся несладко. Нас же ждёт непростое лето. Однако я намерен написать Его Величеству с просьбой о королевской ссуде. После выходки барона Хейдена едва ли она будет беспроцентной, но если мы получим хороший урожай и успешно продадим излишки, наше положение изменится к лучшему. Вернув в Государственную казну больший процент, чем был запрошен, Мейвен докажет короне свою лояльность, а я приобрету право пустить в ход личное расположение Его Величества к моей персоне. Я вас утомил?

Поняв, что и правда лежу с глупым выражением лица, я поспешила качнуть головой:

— Ничуть. Скорее, меня удивляет ваша лояльность Мейвену.

Рейвен усмехнулся тихо, но на этот раз откровенно весело:

— Иными словами, хотите спросить, за какие грехи меня к вам сослали?

Он сформулировал этот вопрос точно так же, как задала бы его я, и я не сумела сдержать ответную улыбку:

— А вас действительно сослали?

Пока он говорил, я не только внимательно слушала, но и впервые задумалась о том, сколько ему может быть лет. Драконы оставались молодыми и цветущими дольше, чем люди. В первую встречу мне показалось, что графу Рейвену хорошо за тридцать, но за чистоту своих впечатлений в тот момент я поручиться не могла. Сейчас, в полутьме, у меня складывалось впечатление, что он едва старше меня самой, и, как ни парадоксально, эта загадка тоже будила во мне живой интерес.

Сам граф тем временем устроился удобнее, вытянувшись на животе:

— Правильнее будет сказать, что у меня было желание и причины на время удалиться из столицы. Вы в самом деле ничего обо мне не знаете?

Он лениво и с удовольствием забавлялся, и я подперла подбородок рукой, чтобы лучше видеть его и не позволить голове слишком сильно склониться.

— Я слышала ваше имя в столице, но вы недостаточно скандальная персона для того, чтобы вас непрестанно обсуждали в театральных кругах.

Улыбнувшись шире, Рейвен потянулся и поправил прядь моих растрепавшихся волос.

— Значит, у тебя наверняка масса вопросов.

Впервые это «ты» отозвалось в душе так приятно.

Абсурдно, неоправданно, глупо, но почему-то сейчас, здесь, с ним мне, несмотря ни на что, стало легко.

— Прямо сейчас только один. Если позволите.

Моё собственное «вы» на этом фоне прозвучало почти как откровенный и достаточно дешевый флирт, хотя ничего подобного в виду я и не имела.