Книга Холодною зимой метель нас закружила, страница 64 – Ольга Токарева

Душа ликовала, словно птица, выпущенная на волю. Чувствовалось, как сама судьба благоволит моему путешествию. Впереди ждала примерка живой брони. Сбросив с себя одежды, я заметила лишь мимолетный взгляд Евы, и она тут же снова погрузилась в сон. Приложив пластину к груди, слегка надавила и ощутила, как по телу разливается прохладная волна, рождая странную смесь восторга и опасения. Это было похоже на то, как тебя окутывают в кокон из чего-то плотного и живого. Когда процесс завершился, меня прорвало на смех. Броня словно не замечала моих женских форм, скромного размера груди и отсутствия мужского достоинства. Скорее, она надела на меня мужскую кожу со всем, что к ней прилагается. Насмеявшись вдоволь, я решила испытать функционал. Посещение уборной принесло неожиданное открытие: жидкие отходы жизнедеятельности беспрепятственно покинули меня сквозь мягкую плоть мужского органа. Необычно, конечно, но какое мне дело, пока я восседаю на фаянсовом троне, мне неважно, каким именно путем покидает меня янтарная влага.

— Это просто невероятно… — прошептала я, зачарованная отражением в зеркале, и решила не снимать броню, ощущая, как она становится моей второй кожей. Нужно привыкнуть к ней, сродниться.

Облачившись в платье, я вызвала служанок, поручив им привести мои покои в порядок, и с тяжелым сердцем направилась к отцу. Разговор был краток, словно прощание перед долгой разлукой.

— Пап… Мой час пробил, — произнесла я с грустью, не в силах отвести взгляд от этого красивого, сильного мужчины, подарившего мне жизнь. Его образ я навсегда сохраню в своем сердце.

Я давно перестала замечать рога на головах этих демонов. Главное, чтобы копыт и хвостов не было. В остальном они такие же люди, как и все.

— Ты еще так юна, дитя мое. Путь будет тернист и полон опасностей. Встретятся тебе и грабители, и грубые мужланы, жаждущие показать свою силу, — с тревогой произнес отец.

— Ты ведь понимаешь, что меня этим не запугать. Грабителей я не боюсь, а мужчины будут шарахаться от меня, как от проказы. Меня сильно беспокоят хардзи. Я боюсь за вас и не хочу больше говорить на эту тему. А теперь послушай, что я придумала. Для всех придворных я вместе с горничными и отрядом охранников отправляюсь в путешествие в поисках Нардинга. А теперь запомни. Вся эта свита в дороге будет мне только обузой. Не хватало еще, чтобы их убили донсумийские монахи. В первом же городе я остановлюсь на постоялом дворе, а ночью, устроив в комнате разгром, переоденусь в парня и исчезну. Никто об этом, кроме нас с тобой, не будет знать. И прошу, не надо беспокоиться обо мне. Я буду не одна. Ева отличная подруга и всегда на страже меня.

Я обняла отца, прижавшись к нему, и замерла, внимая глухим ударам его сердца. Он обнял меня в ответ, крепко, будто прощаясь. И я поняла — он отпустил меня.

Лишь на пятый день я смогла покинуть дворец. Гара забрала Еву с собой на три дня, объяснив: «Дочь еще не готова к самостоятельности. Я должна передать ей свои знания и умения».

Я не возражала, к тому же как раз вовремя начались мои женские дни, и я получила возможность испытать живую броню. Она повела себя превосходно. Кровь выводилась из организма вместе с мочой, заставляя меня часто бегать в туалет с обманчивым ощущением переполненного мочевого пузыря.