Книга Холодною зимой метель нас закружила, страница 29 – Ольга Токарева

— Вы полагаете, что наша приемная дочь достойна находиться в этих убогих покоях?!

— Нет, Ваше Величество, — пролепетала нянька, дрожа всем телом.

— Покои для принцессы Хагар уже готовятся, — гордо заявила преподавательница и склонила голову в поклоне.

— Дя! — выпалила я и, лучезарно улыбаясь, ласково погладила щетинистый подбородок отца.

.

* * *

Жизнь потекла своим чередом, и каждый день был бы похож на предыдущий, если бы я не проявляла своеволие. Бывшая владелица тела ползала не на четвереньках, как обычные дети, а подставляла под попку ногу, согнутую в коленке, отталкивалась другой ножкой и таким образом передвигалась. Мне же не терпелось встать на ноги, почувствовать уверенность в каждом шаге. Поэтому отбивалась от назойливых рук нянек, ругала их, бормоча недовольно, и, придерживаясь за шелковистую обивку дивана, упорно оттачивала свои первые робкие шаги.

После двух недель упорных тренировок я, наконец, сделала свои первые самостоятельные шаги. Широкая, сияющая улыбка расцвела на моем лице, обнажая восемь молочных зубов, и вырвалась наружу звонким, ликующим смехом. Получилось! В груди затрепетали стайки бабочек, а сердце предвкушало бал в мою честь, который состоится уже через неделю. Я мечтала войти в зал самостоятельно, гордо держась за руку отца.

Настал долгожданный день, трепетной волной захлестнувший всё моё существо. Впервые в жизни я должна предстать на королевском балу. Меня облачали, словно драгоценную куклу, готовящуюся к триумфу. Белоснежное платье, пышное облако нежнейшего кружева, кожаные туфельки в тон, словно сотканные из лунного света. И в завершение диадема, увенчавшая мою голову.

Ругдана подвела меня к зеркалу и с торжественной медлительностью оглядела моё отражение.

— Великолепна… — прошептала она, и в голосе её прозвучала тень сожаления. — Если бы не эти шрамы, обезобразившие твое личико…

Я глубоко вздохнула и, поджав губы, не отрываясь, устремила взгляд в зеркало. Моё обезображенное лицо вызывало отторжение. Багрово-красные широкие рубцы, словно змеи, извивались по нижней части лица, а приподнятый уголок рта нескромно обнажал десну. Хотелось кричать. Теперь прежние терзания казались такими жалкими и нелепыми. О, если бы я могла вернуться назад! Я бы приняла своё прежнее лицо с благодарностью. С другой стороны, не переживи я издевательства в прошлой жизни, забилась бы сейчас в тёмный угол, боясь показаться на глаза миру.

Приемные родители вошли в мои покои, их лица светились улыбками. Кальцинея несла в руках невесомую, словно облако, ткань кисеи. Подойдя ко мне, она бережно закрыла ею лицо, оставив лишь глаза, и, закрепив ткань в волосах, тихо промолвила:

— Так будет лучше, — и вздохнула, словно облегченно.

Я потрогала лицо и посмотрела на неё с благодарностью. Еще недавно, представив лишь на миг, как сотни глаз впиваются в меня, я содрогалась от напряжения и невыносимого волнения. Теперь можно будет спокойно предстать перед приглашёнными гостями.

Что сказать, возможно, я была слишком мала, чтобы оценить грандиозность торжества. Громкая музыка, толпы демонов и их назойливая лесть быстро меня утомили. Прислонившись головой к отцовскому плечу, я широко зевнула и неосознанно кивнула, словно собиралась спать.

Отец, заметив мою усталость, нежно сказал матери: «Хагар устала, хочет спать». Затем он встал со своего трона и, придерживая меня на руках, направился на выход.