Книга В плену у страсти роковой. Дочери Древней Руси, страница 352 – Любовь Сушко

У меня где-то была матушка, но, как и Симеон, она не нужна была мне, а я ей. Но и оставаться рядом с ними было очень тяжело и тревожно. До нас дошли слухи о том, что князь Симеон женится. И это странно кольнуло мою душу, хотя с чего бы, мы совсем не виделись и не общались тогда.

Долго я не знала, кто станет его невестой, хотя уже и жалела ее мысленно, потом все-таки служанки сказали о том, что это дочь литовского князя Августа. А как могло быть по-другому? Ему надо было укреплять свою Москву, и он смотрел не в сторону татар, а туда, надеясь на то, что этот брак даст ему новых сил и союз, но то, что в древности было спасением и благом, теперь могло оказаться бедой, разве не так было с моим дедушкой, который на дочери хана женился и погиб от руки того самого хана, когда жена его внезапно умерла при загадочных обстоятельствах. Ь расправился ли кто с ней, или просто смерть ее пришла, этого никогда не узнать, но его смерть пришла сразу же после этого происшествия, и она была насильственной не случайной. Я представила себе, как ожидал он расправы, понимая, что обречен. Даже представить такое жутко.

И вот Симеон тоже играл с огнем, но мог ли он по-другому поступить?

Мне хотелось на нее взглянуть, сможет ли она укротить его, смирит ли он свой пыл? Не было ревности, была только обида, особенно, когда я смотрела на свою дочь.

Но сначала мне пришлось встретиться с князем. Когда я вошла в комнату дочки, бабушка была с ней, я там увидела князя. Вот уж точно -чудеса, да и только.

Увидев меня, он ничего не сказал, только побледнел как-то. Но я ушла, не сказав ему ни слова. Тогда я и поняла, что у них с бабушкой была какая-то тайна, вероятно, приходил он не в первый раз и прежде виделся с девочкой, она не считала его чужим.

Почему-то я подумала тогда, что он может украсть и спрятать ребенка, разве не так было, когда я сама оказалась в Москве, об этом столько рассказывали потом, меня украли у родного отца, тогда почему бы отцу не украсть своего ребенка, если все возвращается и нет ничего нового в этом странном мире.

Я так и не решилась поговорить о нем с бабушкой, она тоже молчала. Я давно поняла, что знания только умножают печали, если чего-то не знаешь, то есть хоть какой-то покой в душе, а так все невыносимо становится.

В храм, где была свадьба, я все-таки отправилась, а чего мне было бояться, и почему я должна была прятаться? Ведь не одна я виновата в том, что произошло с нами когда-то. И самое главное – мне так хотелось посмотреть на невесту.

Вместе со всеми я видела высокую, бледную и худую девицу, увешанную украшениями. Она была надменна и равнодушна, почему-то я подумала, что они подходят друг другу.

В храме в тот день было много чужестранцев. И один из воинов, вместе с княгиней приехавших, все время, пока шла служба, смотрел на меня, словно я была молодой княгиней, а не она. Из церкви я уходила поспешно, ощутив какую-то странную опасность.

— Он никогда не будет счастлив ни с нею, ни с какой другой девицей, – говорила я себе, – но почему это меня должно тревожить?

Глава 7 Среди своих

Бабушка вернулась со свадебного пира поздно. Но я все еще не ложилась спать, и она пришла ко мне.

— И чего же ты ждешь? Ничего там не было хорошего, чужими были, чужими и останутся. Ее немного жаль, забава она для мужей доблестных.