Книга Суженый мой, ряженый, страница 62 – Вера Мосова

Она бросилась в клеть, там тоже дверца распахнута настежь, но козла внутри нет.

— Неужели его медведь задрал? – со слезами на глазах проговорила девица.

— Нет, это явно не медведь, он не умеет с ножом обращаться, – ответил ей брат, показывая на грядки.

Там, где прежде росла капуста, торчали только кочерыжки, с которых были аккуратно срезаны все кочаны. Морковь и репа тоже вырваны, только две кучки с ботвой лежат на грядках.

— Кто это сделал? Почему? – недоумевала Ася.

— Мало ли лихих-то людей по свету бродит?! – заключил Степан. – Вот и досюда добрались.

— Как же я Устину об этом скажу? – заплакала Ася. – Чем он зимой кормиться станет?

— А если он решит, что это мы с тобой натворили? – предположил Стёпка.

Ася удивлённо уставилась на него. Неужели и такое возможно?

— Нет, Стёпка, нет, он не такой. Он не может так про нас думать, – говорила, всхлипывая, Ася. – Пойдём, лучше в избушке быстро уберёмся, чтоб ему не так горько было, когда вернётся.

— А чего это ты о нём так заботишься, сестрица?

— Потому что людям помогать надо! – резко сказала Ася и направилась к избушке. – К тому же, он мне не чужой человек, он брат моего жениха!

— Или жених, – проворчал себе под нос Стёпка.

— Что ты сказал? – строго спросила Ася.

— Ничего! Пошли прибираться!

Они быстро навели порядок в избушке и сарае, прикрыли двери, вскочили на коней и отправились в обратный путь.

— Знаешь, сестрица, – заговорил молчавший до этого Стёпка, когда едва заметная тропинка вывела их к дороге, – пока мы там были, я всё время чувствовал, что кто-то на меня глядит.

— Правда? – удивилась Ася. – Я тоже постоянно ощущала чей-то недобрый взгляд, но решила, что мне просто от страха всякие глупости мерещатся, и постаралась не думать об этом. А если и тебе… значит… значит… там в самом деле кто-то был! Мне страшно, братец! Поехали быстрее!

И они пришпорили коней, стремясь поскорее покинуть эту жуткую лесную глушь.

Устин появился через пару дней вместе с Данилом, который поехал специально, чтобы познакомить его с семьёй дядьки Григория Ивановича Семёнова, отцова брата.

— И как тебе встреча с родственниками? – спросила его Ася, когда все они уселись на завалинку. – Как матушка тебя встретила? Как сестрицы?

— Всё хорошо, – как всегда, коротко ответил Устин, а Данило дополнил:

— Матушка чуть чувств не лишилась при виде его. Говорит, что Устин – вылитый наш тятенька в молодости. Уговаривала его к нам перебираться, а он упёрся и ни в какую. Ещё она просит свозить её на могилы своих родителей, да и поглядеть ей хочется, как он там, в скиту, живёт.

— Лучше ей этого не видеть, – печально сказала Ася и поведала обо всём, что они со Стёпкой обнаружили.

Устин слушал молча, не проронив ни слова. Зато Данило задавал разные вопросы: не слышали ли они подозрительных звуков, не заметили ли каких-то следов на поляне, от телеги или от копыт лошадиных – на чём-то же вывезли злодеи весь урожай. Ася ответила, что ничего такого они не заметили, на телеге туда не проехать, только верхом. И добавила про их со Стёпкой ощущение, будто кто-то за ними следил.

— Нельзя тебе, брат, ехать туда, – сказал Данило.

Устин лишь промолчал в ответ, думая о чём-то своём.

Тут за ворота вышла Нюта.

— Ась! Вас с Данилом бабушка зовёт.

Устин внимательно посмотрел на Нюту, словно что-то припоминая, потом вопросительно глянул на Асю.